«That's one small step for man, one giant leap for mankind», - сказал Армстронг, - но уверял, что произнес на самом деле: «That's one small step for a man, one giant leap for mankind», - просто особенности связи, мол, исказили звук. В русском переводе обе этих фразы звучат одинаково: «Это один маленький шаг для человека, но гигантский скачок для человечества». Однако тут есть трудноуловимый стилистический нюанс, который весьма огорчил руководителей НАСА, да и вообще всех противников Советского Союза в тогдашней холодной войне (и лишь неграмотностью или намеренной невнимательностью советских властей можно объяснить то, что они не закричали тогда на весь мир об этой «оговорке»).
«A man» – это «человек», просто человек, неважно какой, но уж конечно, скорей Джон, чем Иван, потому что на Луну первыми ступили все-таки американцы. А «man» без неопределенного артикля «а» - это не просто человек, а представитель всего человеческого рода, и поэтому приоритет США в лунном прорыве оказался в исторической фразе не обозначен.
Долгое время Армстронг уверял, что произнес эту фразу спонтанно, но потом, естественно, выяснилось, что все было немножко не так, – ее придумали в НАСА задолго до слишком значимой лунной миссии «Аполлона 11».
А теперь, через три месяца после смерти Нила Армстронга, его младший брат Дин в интервью для ВВС заявил, что Нил еще до полета решил обойтись без неопределенного артикля.
Дин Армстронг рассказал, что в тот день, незадолго до старта, они, как всегда, играли в свою любимую игру «Риск» (игра в «завоевание мира», разновидность «монополии»), заговорили о будущем полете и о том, что он скажет, ступив на Луну. Предложений было много, от шекспировских до библейских фраз. И Нил вдруг сказал: «Я знаю, тебе это понравится, но посмотри сам», и подал ему бумажку с двумя строчками про первый маленький шаг – неопределенного артикля «а» перед словом «man» там не было.
...В июле 1969-го Нил Армстронг (как и Гагарин, первоклассный военный летчик) сделал то, что никто из его команды сделать не смог бы, – в неожиданно тяжелейших условиях отключил не справившийся с ситуацией компьютер и умудрился вручную посадить свой аппарат на Луну. По-своему он был великий человек, но он не хотел быть великим человеком одного события, и впоследствии быстро распрощался с НАСА, вернулся в родной штат Огайо, преподавал в университете аэронавтику, летал на собственном самолете, избегал интервью и о своем полете на Луну заявлял: «Я просто делал свою работу». Скорее всего, он был против коммунистической России, но не хотел делать разницы между теми и другими в этом великом шаге, и поэтому намеренно опустил столь важный для эпохи холодной войны неопределенный артикль «а». Возможно, впрочем, его поступку есть и другие объяснения.
