ФСБ заставляет принять Госдуму поправки в закон о гостайне, не раскрывая сути

Комитет Госдумы по безопасности в итоге мучительного обсуждения решил рекомендовать палате поддержать в первом чтении правительственный законопроект, придающий дополнительные права ФСБ в отношении засекреченных ведомствами сведений, если они необходимы для борьбы с терроризмом, передает наш корреспондент Лев Файнберг. Поправки в статью 5 закона о гостайне внесены правительством 22 июня.

Как указано в пояснительной записке, основная цель указанного проекта — законодательное закрепление категорий сведений об антитеррористической и о противодиверсионной защищенности критически важных объектов промышленности, транспорта, энергетики, связи, науки, агропромышленного комплекса, объектов и систем жизнеобеспечения населения, функционирования инфраструктуры городов и транспортных систем, а также уточнение сведений в области разведывательной, контрразведывательной, оперативно-разыскной деятельности и противодействия терроризму о силах, средствах, об источниках, о методах, планах и результатах такой деятельности.

Авторы утверждают, что подходы к засекречиванию информации в этой сфере ориентируются преимущественно на деятельность спецслужб и правоохранительных органов, что часто приводит к необоснованному засекречиванию материалов, сужению диапазона их практического использования и влечет за собой ослабление антитеррористической защищенности государства. Анализ материалов, поступающих из федеральных органов исполнительной власти, осуществляющих оперативно-разыскную деятельность, свидетельствует о частом завышении грифа секретности, что создает определенные препятствия для последующего использования таких материалов. Практика деятельности в области противодействия терроризму показывает необходимость установления единых критериев присвоения грифов секретности соответствующим документам в федеральных органах исполнительной власти и иных организациях, осуществляющих деятельность в данной сфере.

Проведенная с привлечением специалистов заинтересованных федеральных органов исполнительной власти оценка состояния дел в данной сфере показала необходимость законодательного закрепления перечня сведений, составляющих государственную тайну, в области противодействия терроризму.

Согласно короткому тексту законопроекта, его авторов интересует информация: о формах, методах и условиях организации и планирования террористической деятельности; о результатах финансового мониторинга в отношении организаций и физических лиц, полученных в связи с проверкой их возможной причастности к террористической (экстремистской) деятельности.

Зампред комитета по безопасности Геннадий Гудков единственный из присутствующих отказался поддержать законопроект и при голосовании воздержался. При обсуждении он отметил, понятие «потенциально опасные объекты» не раскрыто и хотелось бы понять, какие это объекты и что будет засекречено, а инее принимать кота в мешке. Потому что непонятно, что из этого мешка вылезет.

Вице-спикер Любовь Слиска не представляет, как депутаты будут влиять на принятие и содержание подзаконной базы.

Замдиректора ФСБ Юрий Горбунов игнорировал просьбы депутатов. «Мне немножко непонятно, а на основании какой статьи регламента основывается ваша просьба? У нас что, в регламенте Государственной Думы существует положение, в соответствии с которыми разработчики должны представлять проекты указов президента в Государственную Думу? Я такого не видел», — заявил Горбунов. «Такая практика существует и не обязательно она должна быть прописана в регламенте», — пояснил Гудков. «Хорошо, но просьбы такой я тоже не получал», — сказал Горбунов. «Вот сегодня услышали», — сказал председатель комитета Владимир Васильев.

Зампред комитета Михаил Гришанков напомнил о существующей практике — по социальным законопроектом депутатам должны предоставлять проекты указов. На сегодняшний день вопрос находится в проработке и только этим наверное объясняется отсутствие указа.

Алексей Волков отметил большое количество замечаний, потому что законопроект сырой. Естественно, будет масса критических замечаний в прессе и депутата интересует, насколько перевешивает нужность и полезность закона для антитеррористической деятельности то, что ведомства и страна получит с точки зрения критики?

«Никаких ограничений данный законопроект не вводит. Он устанавливает правила игры, которые не были установлены в 2006 году после принятия закона „О противодействии терроризму“. У нас до сих пор в нашем законодательстве не определены субъекты, которые могут в этой сфере относить сведения, составляющие гостайне. Даже вот это элементарно. На наведение нормального объективного порядка направлен данный законопроект. Хотя отдельные шероховатости, которые были выявлены его в процессе, на которые можно действительно реагировать таким образом, то мы общими усилиями наверно сможем поправит ко второму чтению», — заверил депутатов Горбунов.

При обсуждении законопроекта Гришанков сообщил, что в настоящее время определить понятие критически опасных объектов невозможно, в некоторых законах оно встречается, но необходим закон о критически опасных объектах и соответствующая просьба в правительство направлена, потому что в законодательстве должно быть одно понятие и единое понимание, что мы относим к одним объектам и к другим. В этом законопроекте этот вопрос неразрешим.

Однако Гудков выступил с критикой идеи ФСБ. Слишком много замечаний и критики для текста на одной страничке, законопроект сырой. Он наделал много шума и вряд ли серьезно что-то добавит в антитеррористической деятельности. Слишком много возможностей для расширенных толкований. У нас к критически важным объектам можно отнести любой универмаг с лакокрасочными покрытиями и бытовыми препаратами, кинотеатр, больница, дворец культуры и т.д. «Если бы понимали, как это будет развиваться дальше, наверно и вопросов бы не было», — подчеркнул Гудков. Он напомнил, что ключевой момент, вызывающий критику за рубежом, это засекречивание сведений. Сегодня он отдан на откуп ведомствам и они руководствуются не столько законом, сколько ведомственными инструкциями. Законопроект вызывает больше критики, чем понимания, и надо представлять концепции хотя бы тех нормативных актов, которые будут в развитие этого закона представлены. Сейчас можно только фантазировать, что будет в указе и постановлениях ведомств, не окажется ли там то, что парализует работу издательств и СМИ, особенно по критической части. Гудков напомнил, что именно бездействие привело к таким последствиям пожаров. Он понимает, что сегодня с учетом влияния правительства можно провести через Думу любой закон, но если мы хотим осознанно совершать действия, не вызывающие ни раздражения нашего населения, ни паники наших СМИ, ни полоскания России за рубежом, как это произошло с законом об официальных предостережениях, то Гудков предложил бы законопроект доработать. Он хочет видеть проект указа, убедиться, что это не ущемит и так ограниченную свободу СМИ, не закроет возможности проведения различных расследований, тех актов которые к сожалению происходят с пугающей регулярностью. Это будет лучше, чем шум в прессе и куцый закон, который не решит проблем ФСБ, как получилось с законом о предостережениях.

Владимир Васильев указал Геннадию Гудкову, что «полоскание за рубежом организуем не мы, как вы говорите — правящая партия». «Пополоскать белье и чтобы за границу летели брызги очень любят, потому что это дает эффект политический. Поэтому вытаскивать рельс с названием своей партии на пути любого законопроекта, это тоже PR», — сказал Васильев. «Закон о профилактике ФСБ хороший, он был принят в итоге публичной работы с глубочайшим уважением к правам граждан. Информация стоит очень дорого и ее могут использовать с большим вредом для населения», — предупредил Васильев.