Актуально
Борис Долгин: «За свободу без революций»31 декабря 2009, 16:44
|
Отвечая на новогодние вопросы, научный редактор «Полит.ру» Борис Долгин высказал надежду, что в следующем году будет отчасти пригашен заготовленный факел «исторических» войн, углубится диалог по проблемам коллективной безопасности, будет нанесен сколь-нибудь ощутимый удар по силовому бандитизму.
Что Вы узнали нового о стране и мире в 2009 году?
Стало понятнее, к каким реальным темпам и формам модификации системы готовы те во власти, кто вообще считает необходимой эту модификацию. Впрочем, эта величина вряд ли будет неизменной.
Не то, чтобы новое, но очень огорчавшее в 2009 году: за пределами узкой сферы своей компетенции многие люди интеллектуальных и культурных профессий не готовы использовать имеющиеся навыки. В результате они оказываются жертвами тех же предрассудков, теорий заговора и прочих костылей для ленивого ума, что и люди, чья повседневная деятельность не связана с какими-либо формами рефлексии. В сфере же своей компетенции правилом становится все большая боязнь выносить сор из избы (тем большая, чем слабее становится репутация собственной институции/корпорации), что скоро при появлении малейшей щели дискредитация будет угрожать уже не отдельным, пусть и закономерно многочисленным, халтурщикам, а всему профессиональному сообществу их покрывающему.
Баланс понимания и грязи в откликах на смерть Гайдара оказался более разумным, чем можно было ожидать, зная в каких условиях приходилось проводить реформы, как сильна ностальгия по советскому прошлому у его не помнящих или не знающих, а также - с какой болезненной ревностью относилась к покойному многие представители социальных наук старшего поколения, столкнувшиеся с тем, что их невнятные советы не были востребованы, труды забываются, а российская экономика все равно формируется без оглядки на их шипение.
Назовите, пожалуйста, самых заметных персон уходящего года.
Несмотря на то, что выбор присуждающих Нобелевскую премию мира, как обычно, неадекватен, одна из самых ярких фигур года — это действительно Барак Обама. Он перестал быть президентом надежды — прошедший год был полноценно использован для претворения этих надежд в реальность.
Конец года прошел под знаком Егора Гайдара — одного из тех, кто создал новую Россию. Причем, наследство Гайдара — одна из самых ценных частей созданного.
Каким Вы видите 2010 год?
Похоже, как мы и прогнозировали, достигнуто дно кризиса. В том числе — в нашей стране. Надеюсь, что восстановление станет более отчетливым. Но это не отменяет вопроса качества роста, необходимости удаления остатков советских административных кадров от «управления народным хозяйством», отчетливого различения реальных инновационных проектов от щедрого на обещания шарлатанства, прекращения силового бандитизма. Некоторых шагов во всяком случае - в последнем направлении - можно ожидать от 2010 года.
Очередной юбилей победы в Отечественной войне может стать новым поводом к войне памятей, к обострению использования «исторической политики». Впрочем, новые власти Украины, скорее всего, будут в меньшей степени склонны использовать конфронтацию как инструмент формирования национальной идентичности. Это в сочетании с меньшим акцентом на конфронтационность российской внешней политики может остудить головы тем, кто намечал на 2010 год развернуть «историческое» наступление.
Обсуждение проблем коллективной безопасности, как мы и ожидали, продвинулось — и в форме работы над российско-американским договором, и в форме разработки российского проекта договора о коллективной безопасности, и в форме активизации переговоров с НАТО. Но на 2010 год осталось очень многое: окончательное согласования нового договора по СНВ, обсуждение проекта совместной ПРО, обсуждение стратегии НАТО в новых условиях (зона ответственности, задачи и пр.), а на основе этого - дальнейшее развитие отношений НАТО с Россией, обсуждение российских инициатив и т.п.
Президентские выборы на Украине перенеслись на 2010 год. Нет сомнений, что будет второй тур. Скорее всего, будут и попытки оспорить его результаты. Надеемся, на этот раз поляризация не будет увязываться с Россией. Хорошо бы, чтобы дискуссия была содержательной, а не биографической или культурно-региональной, но на это надежд мало. Нельзя исключать проведения парламентских выборов.
Мы прогнозировали, что в 2009 году будет намечен тот или иной вариант решения иранской проблемы. Так и произошло — и в виде увеличения взаимопонимания среди постоянных членов Совбеза ООН, и — что важнее — в виде появления шансов на то, что один из самых позорных режимов в истории этой великой цивилизации будет трансформирован силами собственного народа. К сожалению, других способов изменить ситуацию власти ему не оставили. Многое в этом смысле должен определить наступающий год.
В Молдавии укрепится новая коалиция, в Великобритании лейбористы могут уступить консерваторам. Казахстан окажется в необычном для себя положении председателя ОБСЕ, а это может усилить роль оппозиции.
Анекдот 2009 года.
- Почему бы вертикалью власти не проткнуть все эти рыночные пузыри?
- Кому пузыри, а кому подушка безопасности.
- А если она все-таки лопнет?
- Раскроется золотой парашют.
Ваш тост к Новому году.
За культуру без консервации. За науку без границ. За свободу без революций.
Что Вы порекомендуете читателям «Полит.ру» послушать, посмотреть или почитать во время новогодних каникул?
Опять скорее могу поделиться собственными планами, хотя и выполню их вряд ли более, чем наполовину: «Фонтанелла» Меира Шалева, «Тирания покаяния» Паскаля Брюкнера, «Флорентийская чародейка» Салмана Рушди, «Пути России» за 2009 год (тем более, в ожидании конференции 2010 года), «Я жил» Ричарда Пайпса. Еще хотелось бы позаниматься языками.
Музыкальные и кинопланы куда скромнее: хотелось бы, наконец, послушать подаренные организаторами миланского семинара по современным российскими медиа записи Филармонии Ла Скала. Надеюсь добраться до чего-то недавнего Озона, найти где-нибудь «Медузы» Керета-Геффен – показ и встреча с создателями фильма пришлись на вечер, когда надо было ехать в Киев проводить лекцию.
