Правду сказать, я не знала, что такое понятие уже есть и по-русски, пока не прочитала статью В.Мерзляковой «Альтернативные модели успешности…» (Вестник общественного мнения. 2008 № 4. С. 33-42) хотя журнал этот я открыла ради совсем другого материала. До этого я считала downshifting не просто сугубо западным феноменом, но еще и преимущественно американским, поскольку яппи и приверженность к всяческому posh – это сюжеты скорее американские, нежели даже англо-саксонские. А downshifting – это прежде всего отказ от максимизации именно материальных благ: грубо говоря, своего рода «анти-яппизм».

Но вот поди ж ты: наблюдательный Максим Кронгауз еще в конце 2007 в журнале «Большой город» назвал дауншифтинг «словом года», имея в виду именно русский словесный обиход.

Пока я с помощью Интернета знакомилась с сообществами и форумами отечественных дауншифтеров, мне позвонила близкая подруга, уже пятнадцать лет живущая в пригороде Вашингтона и работающая программистом в серьезной фирме. Слова downshifting она не слышала. С учетом того, что подруга моя – постоянная подписчица журнала «New Yorker», я задумалась – и сочла уместным продолжить поиски, распространив их и на англоязычный Интернет.

Итак, исходно английское downshifting – термин, означающий сброс скорости при езде на автомашине. Первоначальное значение, как это нередко бывает, приобрело метафорический смысл и стало относиться не к замедлению скорости езды, а как бы к замедлению скорости жизни, точнее говоря – к изменению ее интенсивности за счет уменьшения нагрузок.

Речь идет о выборе таких жизненных стратегий, которые в общем виде можно свести к трансформации русской пословицы «не так живи, как хочется» в «так живи, как хочется». После чего возможны варианты - о них далее.

Здесь я предвижу возражения: ведь это уже было! – см. Вудсток и окрестности. Однако эта параллель верна лишь отчасти – сходство ограничивается призывом «довольствоваться меньшим» с разнообразными комментариями по поводу того, от чего все-таки отказываться не стоит или даже решительно нельзя. Так что «аутентичный» downshifting – это никак не контркультура; это принципиально та же культура, поскольку предлагаемые коррективы обусловлены не социальным протестом, а куда более приземленными и в известной степени очевидными принципами. Поэтому англоязычные книги, отвечающие на вопрос How to downshift – а их немало, и они весьма популярны – так же скучны, как воскресная проповедь в американской протестантской церкви.

Моя бывшая ученица, молодая женщина – программист из Microsoft, живет в недешевом городе Сиэтле и одна воспитывает дочь-подростка. Что не помешало ей лет пять назад купить довольно солидный дом. Вот ей и таким, как она, и адресованы пожелания to downshift: если ты устал, перейди на менее оплачиваемую, но более интересную или менее ответственную работу, поищи работу с гибким графиком, зарабатывай меньше, но и трать меньше, зачем тебе трехэтажный дом, да и вообще можно жить подальше от бед цивилизации, если обстоятельства того требуют.

То есть не бойся быть собой, не следуй чужим образцам, сумка от Vuitton не стоит того, чтобы надрываться и т.д.

Я все пыталась вспомнить, где я уже читала что-то подобное – и поняла: это была одна из редких книг категории «How to…”, которую я не только читала, но еще и не раз перечитывала с интервалами лет в 7 – 8.

Виртуозно написанная и, на мой взгляд, по сей день не утратившая своего значения книга американской журналистки Гейл Шихай (Gail Sheehy) «Passages» (“Ступени”) с подзаголовком “Неизбежные кризисы в жизни взрослого человека”, впервые вышла в 1974 году в твердом переплете, а затем многократно переиздавалась как paperback. Достав книгу с полки, я обнаружила – среди непременного набора восторженных отзывов, сопровождающих очередную допечатку бестселлера, – мнение знаменитого американского антрополога Маргарет Мид (далее перевод мой. - Р.Ф.): “Эта страстная и отлично написанная книга обращена ко всем, кто переживает кризис среднего возраста. Поняв, какие этапы проходит развитие взрослого человека, мы сможем лучше справиться с ожидающими нас трудностями”.

Многочисленность типичных для подобной книги “примеров из жизни” не сделала книгу банальной – быть может потому, что автор сполна воспользовалась полученным ранее университетским образованием и советами своего научного руководителя Маргарет Мид, а также личными знакомствами с крупными американскими антропологами, психологами и психиатрами. Недаром книга была переведена на 20 с чем-то языков. Итак, downshifting – один из способов «лучше справиться с ожидающими нас трудностями» (цитирую Маргарет Мид) – но не путем самоанализа или обращения к психотерапевту, а разумно минимизируя псевдопотребности, провоцируемые обществом потребления.

Замечу, что на Западе этот тренд стал популярным как минимум лет за 15 до нынешнего экономического кризиса и адресован он именно людям среднего возраста или близким к нему – тем, кто успел устать.

Разумеется, в популярных книгах и статьях по данной теме (преимущественно американских) предлагается тем или иным образом определить собственные приоритеты и освободиться от навязываемых обществом стандартов, а главное – настолько осознать собственные побуждения и ценности, чтобы не бросаться в крайности. Пример неудачной попытки to downshift – при трех детях отказаться продолжать успешную карьеру (fulltime job), а через полгода после перехода на свободный график обнаружить, что заработка не хватает на няню для младших и уроки фортепиано для старшего ребенка.

Мне кажется, что подлинно новым в такой интерпретации downshifting является призыв критично отнестись не вообще к стереотипам «должного» или «модного»,– об этом в англоязычной культуре стали писать давно – но к доминированию именно достижительских стереотипов (к сожалению, по-русски нет хорошего эквивалента слова achievement) .

Активное обсуждение русского дауншифтинга приблизительно датируется 2007 годом. Кем-то это было сформулировано в выражениях, известных нам из «Алисы в стране чудес» – чем быстрее стараешься бежать, тем яснее осознаешь, что остаешься на том же месте. Здесь мы как будто весьма похожи на англоязычных собратьев. Более пристальное изучение жизни русских дауншифтеров – мне оно доступно лишь в той мере, в какой это отражено в Интернете – показывает, что дауншифтинг по-русски имеет довольно мало общего с основной версией этого западного культурного образца.

Итак, о дауншифтинге по-русски.

Сюда чаще всего относят резкие перемены в стиле жизни, проявляющиеся на первой фазе в чисто пространственном перемещении. Это может быть переезд из мегаполиса в глухую провинцию, из города средних размеров – в деревню, из любого места России – в экзотические теплые края, – например, в Гоа (!).

В местах наподобие Гоа можно довольно долго жить за счет сдачи в наем своих московских / питерских квартир – но отнюдь не архангельских, не тамбовских и не тульских – это важно, поскольку лишает саму идею возможности обобщения подобного сценария «на всех желающих».

Затем, осмотревшись, люди затевают какой-либо не самый большой и не самый рисковый бизнес, и это оказывается типичным не только для таких экзотических мест как Гоа или даже Гонконг, но и для перемещений по России – кто-то выращивает редкие цветы и растения, у кого-то в перспективе ферма по выращиванию ореха, а пока – маленькая семейная гостиница.

Разумеется, в каждом отдельном случае это тотальное изменение привычного стереотипа: прежде наши герои учительствовали, занимались мелким бизнесом, кто-то был инженером и т.п. Но в психологической основе эти «робинзонады» не более оригинальны, чем, например, переезд любой семьи из города – миллионника в городок масштаба Мышкина или Луховиц, где молодые супруги открывают маленький частный детский сад или строят небольшие теплицы и выращивают вначале овощи для себя, а потом и на продажу. И никакого тебе дауншифтинга.

Западный дауншифинг в общем виде – это пересмотр тактики в пределах более или менее привычного образа жизни, где достижительская модель не отрицается полностью, но трансформируется в сторону умеренности.

Настоящий русский дауншифтинг – в отличие от западного – это вообще не пересмотр тактики, к которому можно отнести, например, заработок частными уроками вместо преподавания в школе/вузе; это даже не шитье «баб» на чайник или лоскутных ковриков на заказ вместо работы штатным корректором в издательстве. Настоящий русский дауншифтинг, если судить по сайтам и блогам – это прежде всего опрОщение почти в толстовском духе.

Наиболее привлекательный вариант – когда это происходит не из каких-то «особых» антицивилизационных побуждений, а как самореализация. Вот немолодая женщина решает жить одна в запущенной избе – сначала в одном месте, потом – в другом. Ее жизнь – судя по ее блогам – вначале сводится к сопротивлению природе и прочим внешним обстоятельствам, потом она становится успешным огородником, о чем и пишет. Прочтите ее самопрезентацию в момент очередного переселения:

«Я – Наталья Алексеевна Борзых, писатель и фотограф. У меня есть сайт о деревне Медниково Псковской области, где я прожила шестнадцать лет. Теперь я переехала в деревню Семёновское Тульской области, и тут немного другие условия, поэтому решила об этой деревне писать на отдельном сайте. Когда я здесь зарегистрировалась и перевела пенсию сюда, выяснилось, что мне ещё полагаются так называемые «лечебные деньги». Наследил чернобыльский дождик 26 апреля 1986 года. <,…> Так что теперь я живу в чернобыльской зоне. Когда-то я родилась и выросла в зоне семипалатинского ядерного полигона, потом, поселившись в Медникове, оказалась в пограничной. И вот опять угодила в очередную ЗОНУ. Такое ощущение, что вся наша Россия – сплошная зона. Особенно русская деревня. Здесь надо всё начинать с начала, как Робинзону на острове. Вот и начну – в Робин-зоне».

Я вначале удивилась стилю письма и качеству фотографий – а потом обнаружила, что еще в 1970 г. героиня окончила Журфак МГУ по специальности «фотожурналистика». Имея жилплощадь в Москве, она в своей «усадьбе» не только огородничает всерьез, но и регулярно пишет об этом в издания «Новый садовод и фермер" и "АиФ на даче". Дневник, созданный Н.А.Борзых еще в деревне Медниково «Хуторянка – все о деревенской жизни» ( http://chasogorod.narod.ru) лишен какой-либо назидательности. Чем и привлекателен – и даже увлекателен: « Как правду говорить легко и приятно, так и создавать органический огород – одно удовольствие».

Видимо, об этом и ее книга: "Час огородника" (М., 2006). Кстати, в дневниковых записях, открывающих рассказы уже о деревне Семеновское, автор сетует на отсутствие денег – она охотно бы купила не развалюху с выбитыми стеклами, а просто дом, пригодный для жилья.

Ни дауншифтингом, ни даже опрОщением я бы это не назвала.

Впрочем, нашлись и сторонники настоящего опрОщения и даже своего рода проповедники эскапизма – это семья С. и ряд других переселенцев в глухие деревни из больших, хоть и не столичных городов, например, из Омска. Эти люди открыто признают, что жизнь их нелегка и стать иной в ближайшем будущем не обещает. В одной из таких семей роды у жены уже дважды принимал муж; школа в этой деревне существует условно: в первом классе – три человека. В семье готовы к тому, что подрастающие дети вообще будут учиться дома. Однако как-то надо кормиться – и вот семья живет тем, что изготовляет разные керамические изделия – однако же их возят на продажу. Таков их личный выбор.

Интересно отметить, что отказываясь от простых благ цивилизации, наши эскаписты отнюдь не отказываются от сложных– в первую очередь, от Интернета и компьютера. Впечатление, что сами они не видят противоречивости своего выбора.

В заключение вернусь к реалиям уже не просто англоязычной, а именно британской культуры. Оказывается, английские дауншифтеры, чье материальное положение оставляет желать лучшего, имеют свою социальную сеть взаимопомощи – Lets. В пределах этой сети практикуется безденежный обмен вещами и услугами между теми дауншифтерами, которые испытывают финансовые затруднения. Если у вас нет ни ставшей ненужной детской коляски, ни лишней посуды и т.п., то задумайтесь о том, что вы любите и умеете делать. Шить? Ухаживать за цветами? Возиться с детьми? Запишите это, а теперь составьте список того, что вы не можете себе позволить приобрести. И вперед!..

Вот эта идея мне показалась куда более актуальной для наших реалий, нежели роды без акушерки и учеба без школы. Впрочем, вольному воля…

См. также:

• Ревекка Фрумкина. Книга, с книгой, о книгах, без книг…
  
• Ревекка Фрумкина. Взрослые размышления о чтении для детей
  
• Ревекка Фрумкина. Институты и «институты»
  
• Ревекка Фрумкина. Вера, наука, любовь
  
• Ревекка Фрумкина. «И с отвращением читая жизнь мою…»: книга как событие жизни
  
• Ревекка Фрумкина. А был ли мальчик-то?
  
• Ревекка Фрумкина. Психолингвистика как проект
  
• Ревекка Фрумкина. Магия в/о
  
• Ревекка Фрумкина. Провокативность и провокационность