Бункер-тюрьма-овощехранилище-клуб-галерея
Известный немецкий архитектор Йенс Каспер, перестроивший бункер времен Второй мировой войны в Берлине под галерею и дом ее владельца, и переделавший огромный склад в Лондоне под новое помещение галереи White Cube, прочел онлайн-лекцию на спецпроекте «Винзавода» «Территория дизайна» в рамках конкурса «Старый объект - новое качество».
Известный немецкий архитектор Йенс Каспер, перестроивший бункер времен Второй мировой войны в Берлине под галерею и дом ее владельца, и переделавший огромный склад в Лондоне под новое помещение галереи White Cube, прочел онлайн-лекцию на спецпроекте «Винзавода» «Территория дизайна» в рамках конкурса «Старый объект - новое качество».
Как оказалось, «Винзавод» немецкому архитектору место не чужое. Не только потому, что этот проект - в области его постоянного интереса к трансформации заброшенных зданий под современные нужды, с бережным отношением к истории и вообще неким «экологическим» подходом, принципом архитектурного ресайклинга. Оказалось, что он в середине 80-х слушал в Аахене как студент лекции Александра Бродского, работавшего над «Винзаводом», и очень рад, что ситуация в стране изменилась так, что Бродский теперь уже не вынужден быть только «бумажным архитектором», и может строить.
Йенс Каспер показал несколько своих проектов, включая только что завершенный, информация о котором еще нигде почти не опубликована: проект преобразования насосной станции в Берлине в офис PR-агентства.
Здание 19 века находится недалеко от Тиргартена, на берегу канала, куда сбрасывались дурно пахнущие сточные воды от насосной станции – но это, кончено, было в старые добрые времена. На чертеже, сделанном в 1875 году, видно, что здание состоит всего из двух помещений – в правом были сами насосы, а в левом – паровые машины, вырабатывающие энергию для работы станции. «Чертеж удивительный, поскольку само оборудование на нем не показано – впрочем, это военная проблема, что архитекторов не интересует техническое оборудование, а инженеров не интересуют идеи архитекторов» - заметил Каспер. Часть насосов и механизмов Йенс Каспер решил оставить в здании как память и украшение интерьера – тут он опровергает свои же слова, что инженерная сторона строительства архитекторов не интересует – возможно, так и бывает часто, но не в его случае.
Интересно, что в презентации у Каспера были в том числе слайды, которые показывали отдельно то, что он сделал, без здания: таким образом можно было ясно отделить сделанное от имевшегося ранее и оценить как изобретательность, так и размеры вторжения в историческую постройку – но тут Касперу стесняться нечего, все сделано предельно деликатно. Нужно было разместить внутри большое количество рабочих мест и кучу всякой оргтехники, расширить пространство, и он вставил внутрь платформу, разделяющею пространство на два этажа, к задней части пристроил прямоугольный блок с кабинетом директора агентства, и третий привнесенный элемент – стена, отделяющая участок от соседних. Все три элемента объединяют бетонные поверхности, контрастирующие со старинной кирпичной кладкой и декором старого здания, таким образом визуально можно сразу понять, где старое, где новое, и они отлично подчеркивают красоту друг друга.
Раньше интерьер станции был единым пространством, и при создании дополнительных площадей удалось сохранить ощущение открытости и свободы. Появились уютные и уединенные уголки, но не превратились в каморки – в интерьере почти нет дверей, общественные зоны вроде зала для совещаний или кофе-бара плавно перетекают в кабинеты.
Труба, которую видно на фотографиях на заднем плане – это часть строения, один из самых красивых каминов Берлина, и конечно, ребята из департамента защиты исторического наследия с большой настороженностью отнеслись к идее переделки этого здания. Касперу пришлось побороться с ними и насчет высоты блока кабинета директора – защитники наследия требовали, чтобы современная пристройка была намного ниже. К счастью, ему удалось настоять на своем – сейчас крыша нового здания визуально продолжает карниз старого, а какая-то полумера, скачок высоты превратил бы ее в нелепый сарайчик, которому стыдно за свое существование.
Когда вместо паровых двигателей стали использовать электрические, левая часть здания стала музеем изваяний из камня. Часть этих скульптур оставалась в здании в 2003 году, когда перед Каспером была поставлена задача преобразовать здание, их нужно было сохранить. Возможно, для другого архитектора это стало бы проблемой, но Каспер не без юмора встроил их в интерьер – громадная фигура древнего героя, стоящая во главе стола для совещаний, придает величие рабочим моментам, а клиентов приветствует аллегория Пруссии с мечом и в шлеме.
Одна из известнейших работ Йенса Каспера – новое помещение White Cube, ныне самой крупной коммерческой галереи в Лондоне. Изначально в этом здании был склад, галерея взяла его в аренду на 70 лет, и достаточно быстро он заполнился произведениями известнейших художников, и они решили – зачем их просто хранить там, ведь их можно там же и показывать. Пространство огромное, больше футбольного поля, Бермондси стрит, на которой находится склад – узенькая улочка, и небольшое открытое пространство – только перед входом в галерею, были дискуссии, что с ним делать, и как потом стало ясно на открытии, очень хорошо, что Каспер настоял оставить двор пустым. На вернисаж пришло полторы тысячи человек, как пошутил Каспер – потому что в этот день галерея бесплатно угощала пивом, но как бы там ни было, зрителям и любителям пива было где разместиться.
По периметру склад был заставлен произведениями искусства, а в свободную центральную часть Каспер встроил экспозиционные пространства: большой зал, зал с названием «9х9х9» - он действительно девять метров в высоту, ширину и длину, и можно сказать, является символом галереи с названием «Белый куб», а также дает возможность выставлять произведения очень большой высоты, а также «приватные» выставочные залы, позволяющие сделать выставку специально для одного коллекционера, книжный магазин, архив.
Внутри были сохранены полы из слоя бетона 15-ти сантиметровой толщины, это память и в некотором смысле традиция: во многих галереях знаменитого нью-йоркского художественного района в Челси такие же полы из отполированного бетона. Так же Каспер показал фото с выставки в новом White Cube с оригинальным экспонатом, пожарной машиной из Чикаго, подвешенной к потолку – чтобы дать представление о масштабах и о том, как архитектор укрепил потолки.
Еще одна работа Йенса Каспера не имеет отношения к общей теме его лекции и основной линии его творчества, реновации исторических пространств под современные нужды – это частный дом с садом в Ольденбурге, очень маленьком скучном городке на Севере Германии. Он показал вид участка и окрестностей сверху - посередине пустой зеленый участок, сад, принадлежащий большой семье, с одного конца сада – дом заказчика и бок о бок с ним дом его родителей, по двум сторонам участка, в гуще других домов – дома брата заказчика и его кузена. Вся семья живет достаточно близко, не на разных концах света, но все-таки по отдельности, соблюдая дистанцию.
Заказчику, профессору местного университета, этого оказалось недостаточно, и как главную задачу Каспера он обозначил: «Я хочу спать один», выбрав место, куда хотел удалиться с супругой, ровно посередине участка с садом. Каспер придумал построить два дома, соединенные и разделенные одновременно – в одном его спальня, кухня, ванная и кабинет и зимний сад, в другом все то же самое для его жены. Разделение на половины проходит незаметно, дом такой сложной формы, что нельзя с первого взгляда разделить его на две части, но внешняя отделка дома из деревянных панелей потихоньку проползает внутрь дома и мягко прочерчивает границу между двумя половинами, и ни в одном из помещений нет окон, которые бы смотрели на некое общее для половин пространство – каждое окно является рамой для красивого вида в саду и позволяет уединиться в созерцании природы.
Большим сюрпризом для Каспера было то, что уже после завершения строительства хозяева показали ему старинное фото и план не сохранившегося фамильного дома – он так же был одним зданием, внутри строго разделенным на две половины. Таким образом, даже не имея материального объекта для сохранения и реновации, Каспер умудрился сохранить историческую память.
Архитектура отпечаталась в характере и привычках ее обитателей. После лекции я пошла на закрытие выставки Нади Бушеневой в Random gallery, кстати, тоже об архитектуре – она сделала рисунки, в которых фрагменты модернистской архитектуры сплетались в столь же невозможные пространства, как в тюрьмах Пиранези, что адекватно отражало превращение утопических зданий в трущобы, невозможность реализации утопии. Галерея работает по большей части с выпускниками ИПСИ, который называют институтом Бакштейна. Она располагается на верхнем этаже здания, куда надо подниматься пешком по маленькой непарадной лестнице. Мне подумалось, что архитектура вызывает привыкание – в институт, который располагается на чердаке в бывшей мастерской Кабакова, надо идти по такой же лестнице, и определенный тип пространства становится родным.
Самое известное здание Йенса Каспера – бункер Второй Мировой войны в Берлине, построенный в 1945 году, и преобразованный в пространство для частной художественной коллекции с квартирой коллекционера на верхнем этаже. Здание находится недалеко от станции Фридрихштрассе и является частью инфраструктуры метро. После войны он был тюрьмой, потом овощехранилищем, для него там был идеальный внутренний климат, а в 1989 стал всемирно известным ночным клубом. Крыша – бетонный монолит 3-метровой толщины, внешние стены – толщиной 1, 8 метра. Пять этажей с совершенно одинаковой планировкой. В здании 7 входов и шесть лестниц, что должно было обеспечить максимально быстрый доступ в задние в случае тревоги.
Бывали бункеры, в которых можно было прожить долгое время, этот строился для того, чтобы только переждать опасность, здесь были запланированы сидячие места на 2500 человек и туалеты. Всего в Германии во время войны было построено около 8000 бункеров и большинство из них не сохранились. Во многих немецких городах вы можете видеть странные холмы – это бункеры, засыпанные остатками руин зданий вокруг них и заросшие со временем травой и деревьями.
Внутри этого бункера сохранилась старая вентиляция, очень красивая, и ее решили сохранить, так же как и какие-то фрагменты, напоминающие о ночном клубе. Например, на полу одного из залов можно видеть контуры от туалетов бункера, а на распределительном щитке – граффити с эмблемой клуба. Фасад не меняли, просто реставрировали. Но внутри структура была изменена таким образом, чтобы можно было пройти по спирали, обходя все этажи по периметру, поднимаясь с первого на последний этаж. Кое-где убирали потолок, кое-где стены, и вместо набора одинаковых комнат получались разнообразные пространства – местами высотой в 3 или 4 этажа, и многие работы художники делают в жанре site specific, специально для этого уникального пространства. Работы, которые раньше уже выставлялись в других местах, в этом здании выглядят по-другому – перетекая из одного пространства в другое, они постепенно раскрываются, как книга. Это совершенно отличается от White Cube, архитектуру которой можно назвать generic spaces, универсальной коробкой для чего угодно. Здесь здание само по себе очень выразительно, и в зависимости от того, что выставляется (а постоянной экспозиции здесь нет), здание каждый раз воспринимается по новому.
В бетонной крыше пробили прямоугольную дыру для лестницы, через которую можно было попасть на будущую стройплощадку для резиденции, выдолбили углубление для бассейна и лунки, в которые потом посадили деревья. Для всего этого потребовалось поднимать экскаватор на крышу, бригада работала 6 недель и шум разносился на несколько километров вокруг. Архитектор очень благодарен жителям этого весьма престижного района, что они все это вытерпели. Ну что же, в результате они обзавелись достопримечательностью по соседству.
Планировка квартиры наверху – гостиная с открытым камином площадью 250 кв. м., кухня, помещение с ванной для гостей, и спальня с гардеробной и ванной для хозяев. В интерьерах галереи не использовали стекло, полированные поверхности, только грубые материалы, соответствующие облику и истории здания. В квартире – бетон, дуб и известняк. Фасад квартиры на крыше – многослойный, бассейн находится между стеклянной стеной гостиной и прозрачным занавесом из алюминиевых цепочек. Внутри квартиры можно видеть произведения искусства – нет разделения на выставочное пространство и жилое, выставка продолжается даже в ванной.
Итоговым слайдом в презентации Йенса Каспера была схема, нарисованная им для студентов и показывающая, с каким множеством людей ему пришлось общаться, советоваться, просить помощи или переубеждать, чтобы осуществить этот проект.
