В борьбе с пороком можно проиграть
В попытках обуздать пьянство и курение власти перегибают палку, задевая интересы миллионов граждан. Общество при этом настроено далеко не так брутально. Для власти такая политика чревата ростом пассивного недовольства, а то и политическими проблемами.
Желание российских властей защитить здоровье граждан вопреки желанию самих граждан приобрело какой-то маниакальный характер. Создается даже впечатление, что не в табаке и алкоголе уже дело, а в какой-то навязчивой идее борьбы с вселенским злом. Столичные депутаты, как пишут «Известия», озаботились тем, чтобы изгнать табак с Арбата, сделав улицу некурящей зоной. Шансов у инициативы не очень много, но она показательна.
Вооружившись рамочной конвенцией Всемирной организации здравоохранения по борьбе против табака, российские власти начали решительное и последовательное наступление на курильщиков. Конвенция, правда, не является документом прямого действия и предлагает лишь «для защиты всех людей от воздействия табачного дыма рассмотреть на соответствующем правительственном уровне эффективные законодательные, исполнительные, административные или иные меры». Эффективным нашим органам власти кажется запрет курения едва ли не везде.
Согласно законопроекту «О защите здоровья населения от последствий потребления табака» (лежит на рассмотрении в Госдуме) курение будет запрещено практически во всех публичных местах: органах госвласти, больницах, образовательных учреждениях, поездах, на рынках, в подъездах и в заведениях общепита. Если законопроект будет принят в неизменном виде (а вероятность этого весьма велика), то курильщики смогут уничтожать свое здоровье только у себя дома и в специально оборудованных курилках с вентиляцией. Законопроект не уточняет, какие требования будут предъявляться к системам вентиляции и курилкам. Да и не факт, что многие учреждения или кафе пойдут на траты, дабы угодить курильщикам.
Это, правда, мягкий вариант законопроекта, изначально в нем был и вовсе прописан полный запрет на курение в общественных местах, допускалось существование курилок только на переходный период, пока закон окончательно не вступит в силу. А пройдет если еще и инициатива столичных депутатов, то через пару лет сидящий в кафе на Арбате человек сможет выкурить сигарету только в окрестностях здания МИДа на Смоленской площади или Минобороны по другую сторону Арбата.
Тенденция общемировая, но, как справедливо отмечают табачные лоббисты, рестораторы и просто обеспокоенные потребители, выгнать курильщиков из пабов в Лондоне — одно, а в Мурманске, Магадане или даже в Москве — несколько другое. Климатом наша обширная страна как-то не вышла в отличие от Европы. Да и в культурном плане (а конвенция ВОЗ вполне делает на этот счет оговорки) имеются отличия: табакокурение пока не воспринимается в качестве безусловного греха большинством россиян и считается вполне приемлемым поведением.
Когда правительство, обосновывая необходимость запрета на курение в общественных местах, ссылается на данные соцопросов, оно просто лукавит. Дмитрий Медведев в середине октрября с целым видеобращением выступил, в котором заявил, в частности, что «более 80 процентов россиян, в том числе две трети регулярных курильщиков поддерживают борьбу с курением».
Цифра реальная: по данным недавнего опроса «Левада-центра», полностью поддерживают запрет на курение в общественных местах 56 процентов, еще 25 процентов поддерживают, но считают запреты чрезмерными. Однако есть нюанс: те же самые опрошенные полагают, что запрещать курение в ресторанах не стоит. За полный запрет выступают только 28 процентов, половина респондентов полагает, что нужно обустроить отдельные, равные по площади залы для курящих и некурящих, еще 12 процентов считают, что нужно выделить несколько столиков для некурящих. Иными словами, под общественными местами россияне понимают не совсем то же, что правительство, и далеко не так кровожадны по отношению к курильщикам, как действующий премьер-министр и Минздрав.
То есть правительство спасает граждан явно вопреки желанию самих граждан. Граждане выступают, скорее, за компромисс и достижение некоторого разумного баланса. Правительство — за жесткие решительные меры, со слабо просчитанными, впрочем, последствиями (в части экономической и коррупционной составляющей, эффективности мер для достижения заявленных целей с учетом культурных особенностей и так далее).
Примерно та же история и в борьбе с алкоголем. Например, «Ведомости» сообщили, что водка подорожает до 170 рублей за бутылку — такая вскоре будет минимальная цена. Логика у этого решения фискальная, и для борьбы с контрафактом такая мера вполне годится, но опять получается ущемление интересов пьющих крепкий алкоголь граждан, которых за их порок государство наказывает рублем.
Правда, в части борьбы с алкоголизмом усилия государства вызывают у граждан куда больше сочувствия. Большинство поддерживает власти и по вопросу о запрете торговли спиртным в ночное время, и по вопросу о запрете распития спиртного и пива в общественных местах (было бы недурно опять-таки оговорить, что же такое «общественные места» в сознании россиян, социологи про парки их спрашивают).
Иное дело, что наступление на права пусть даже и меньшинства (курильщиков меньше, чем некурящих, регулярно пьющих меньше, чем непьющих вовсе), но очень большого меньшинства и попытка жесткими мерами подправить социальную реальность на деле грозит слабо предсказуемыми последствиями. В том числе вполне политического плана. Как невинная в целом монетизация льгот вывела в начале 2005 года сотни тысяч пенсионеров на улицы по всей России.
Конечно, табачный или алкогольный бунт сложнее себе представить, но резкие движения правительства могут вызвать раздражение самим правительством у очень большого числа граждан. Когда меры властей воспринимаются, как покушение на частное пространство, как избыточное применение силы, то сама власть теряет легитимность — об этом правительству нужно помнить. Во время горбачевского «сухого закона» (самой жесткой и последовательной кампании по борьбе с пьянством за последние десятилетия) был популярен такой анекдот: «Телеграмма в ЦК из Саратова: «Срочно пришлите 20 эшелонов водки тчк народ протрезвел тчк справшивают зпт куда дели царя батюшку тчк». Надо сказать, очень точный анекдот. Все ведь помнят, чем тот сухой закон закончился?
