Желание носить хиджаб как вызов российской светской школе
"Скандал с хиджабом", разразившийся в одной из школ Ставропольского края, уже прокомментировали и президент Владимир Путин, и детский омбудсмен Павел Астахов. В пятницу ставшую известной школу в Нефтекумском районе должен посетить муфтий Ставропольского края. Желание носить хиджаб в школе комментирует наш эксперт Алексей Муравьев.
19 октября муфтий Ставропольского края посетит одну из школ Нефтекумского района, где несколько дней назад разгорелся скандал из-за ношения хиджабов. Родители девочек-мусульманок и руководство учебного заведения так и не смогли прийти к компромиссу по поводу внешнего вида пятерых учениц. Как ожидается, муфтий и директор школы обсудят ситуацию и решат, как действовать дальше.
В середине октября родители пятерых школьниц из Нефтекумского района обратились в Духовное управление мусульман Ставропольского края. Они пожаловались на то, что их дочерей вот уже две недели не пускают на уроки в традиционных головных платках, причем проблемы начались с 3 октября, а до этого времени ученицы посещали школу в хиджабах без всяких препятствий.
При этом родители подчеркнули, что учителя не разделяют учеников по религиозному признаку, однако вынуждены выполнять распоряжение вышестоящих органов. В частности, директор школы №12 села Кара-Тюб Нефтекумского района Марина Савченко ссылается на устав учебного заведения, который требует носить на уроки только светскую одежду.
Как подчеркнули в муфтияте, в связи с этим в некоторых районах Ставропольского края, где компактно проживают мусульмане, сложилась «патовая ситуация» - девочек не пускают на занятия в платках, а родители, в свою очередь, не отпускают их в школу без платков. «Как только дети начнут отставать от учебной программы (а у сельских жителей нет возможности обучать дочерей на дому), "неблагополучными" семьями займутся органы опеки», - говорится в сообщении муфтията.
Отметим, что участницам скандала от 8 до 11 лет. Их родители решили не сдаваться и уже направили жалобу в прокуратуру Нефтекумского района области, где по этому делу обещали провести проверку.
«В школе, где учатся девочки, из 380 учеников 320 - мусульмане: как ногайцы, так и уроженцы Дагестана. Однако только эти пять школьниц позволяют себе такие полностью закрывающие одежды, не соответствующие никаким национальным традициям местных народов, да и к тому же идущие вразрез с законом об образовании Российской Федерации», - сообщили «Комсомольской правде» в районной прокуратуре.
Тем временем после шумихи, которая поднялась вокруг этой истории в прессе, директор школы №12 Марина Савченко разрешила ученицам-мусульманкам посещать уроки в белых косынках, сообщает «Интерфакс». Однако компромисса достичь все равно не удалось. Как рассказала Савченко, всего лишь одна девочка во втором классе надела на уроки косынку, в то время как остальные четыре ученицы «пришли закутанные в огромные шали, под которые можно было надеть сразу два хиджаба». «Я считаю, что это неприемлемо, это насмешка над нами», - заявила Савченко. По ее словам, в ходе переговоров с родителями девочек она предлагала выделить специальное помещение, в котором дети могли бы спокойно переодеть хиджабы перед уроками, заменив их на обычные косынки.
Также Савченко рассказала журналистам, что в ее адрес начали поступать угрозы. В связи с этим ее 25-летний сын оставил работу в городе и переехал жить в село к матери, чтобы оберегать ее. В ставропольской полиции уже заявили, что готовы предоставить директору защиту.
После скандала с хиджабами президент Владимир Путин предложил региональным властям подумать о единой школьной форме для учеников. Комментируя конфликтную ситуацию, Путин отметил, что к религиозным чувствам людей «нужно относиться с большим уважением», но при этом Россия — светское государство.
Между тем, за школьниц Ставрополья заступился детский омбудсмен Павел Астахов. Он отметил, что мусульманский платок «не является каким-то неприличным атрибутом» и «руководство школы явно перегибает палку», сообщают «Известия». Астахов, в частности, сослался на американский опыт, отметив, что в США ученицы-мусульманки спокойно посещают школу в хиджабах и это «не оскорбляет ничьих традиций и культуры».
Вопрос о ношении хиджаба в школах некоторое время был центральным в странах Западной Европы, и везде он решался по-разному. Так, например, в школах Великобритании к ученицам в мусульманских платках относятся терпимо. Этот вопрос передан на усмотрение учебных заведений и администрация каждой школы может договариваться с девочками в индивидуальном порядке. В Швейцарии вовсе нет запрета на хиджабы, более того, ученицы могут ходить в школу даже в парандже.
А вот во Франции, где проживает почти пятимиллионная мусульманская община, ситуация прямо противоположная. В 2004 году, после бурных споров и продолжительных дискуссий, хиджабы в государственных школах этой страны были полностью запрещены, а в 2010 году президент Николя Саркози запретил ношение паранджи, чадры и никаба.
Своеобразным способом вопрос со школьницами решили власти южноафриканского Мозамбика. Так, ученицы, исповедующие ислам, могут ходить уроки в хиджабах, но только в священный для мусульман месяц Рамадан.
Однако проблема ношения хиджаба в публичных местах, в том числе и школах, встает не только в Европе, но также в ряде стран, где ислам является основной религией. Например, в Тунисе, Турции и Таджикистане запрещено ношение хиджаба в государственных учреждениях, школах и университетах, причем в Тунисе такой запрет ввели еще в 1981 году. В 2008 году правительство Турции попыталось отменить запрет хиджаба в университетах, однако Конституционный суд оставил запрет в силе.
В 2010 году власти Азербайждана также запретили пускать на уроки школьниц в хиджабе, сославшись на закон «Об образовании», согласно которому ученики не должны отличаться друг от друга. Это решение властей оказалось крайне непопулярным и привело к акциям протеста и даже атакам на школы.
Комментарий эксперта «Полит.ру» Алексея Муравьева
Желание носить хиджаб в школе оказывается серьезным вызовом для российской светской школы, в которой нет отдельного места для проявлений внешней неформальности. В этом видна своеобразная структура школы как домена с одной стороны - изолированного, а с другой - открытого, т. к. посредующего между прочими.
В такой структуре возможны две тактики - конформизм и агрессия. Первая направлена на освоение правил, а вторая - на их переписывание. Вторая тактика тесно связана со стратегией переучреждения, т.е. когда людьми осознается ветшание и несоответствие формы и задач института, и они меняют его "снизу". Сильнее всего к такой стратегии склонны именно идейные активные маргиналы, особенно маргиналы религиозные, хотя не исключительно.
Выламываются из домена похожим образом люди, желающие перемен и желающие свобод, например, сторонники home schooling или противники школьной формы. Эти группы требуют срочной либерализации школы для большей ее эффективности, т.е преследуют модернизационные цели.
С религиозными традиционалистами ситуация иная - они протестуют против идеи светского пространства как свободы от традиции, т.е. ремодернизируют основания модернизации в духе постмодерна. Заставляя детей надевать в школу хиджаб или кипу, или даже сарафан, традиционалисты переучреждают светское пространство не просто как мультикультурное и толерантное, но как интегрирующее как либерализм, так и традиционализм в рамках одной парадигмы. Очевидно, что эта задача превосходит задачи школы как отдельного домена. И школу начинает лихорадить, т.к. с ее помощью пытаются решать задачи совсем другого института.
