В защиту чувств
Уже до конца этой недели будет разработан законопроект, в котором оговаривается введение новой статьи в Уголовный кодекс,- предполагающей за «оскорбление религиозных убеждений и чувств граждан» до трех и до пяти лет лишения свободы. Эксперты и собеседники Полит.ру рассказывают о том, что же на самом деле обсуждает Госдума, и размышляют, не теряем ли мы Россию как светское государство.
Госдума сегодня массовым порывом, хотя и не единогласно, приняла постановление о заявлении в защиту религиозных чувств граждан. Это заявление – лишь подготовительный этап, за которым последует введение уголовного наказания, «защищающего культуру». Эксперты и собеседники Полит.ру рассказывают о том, что же на самом деле обсуждает Госдума, и размышляют, не теряем ли мы Россию как светское государство.
Постановление о заявлении Госдумы «О защите религиозных чувств граждан Российской Федерации», внесенное от имени сразу четырех парламентских фракций (ЕР, СР, ЛДПР и КПРФ) и лично спикера Сергея Нарышкина, принято сегодня большинством голосов.
«Убийства духовных лидеров, насилие в отношении верующих, спиливание крестов, разрушение храмов, кощунственные хулиганские акции, вандализм на кладбищах, нанесение оскорбительных надписей – все эти действия направлены на разрушение многовековых духовно-нравственных основ России, дискредитацию традиционных ценностей, по сути, служат возбуждению гражданской розни и подрыву суверенитета страны», - гласит заявление. В связи с чем Госдума считает необходимым «дать жесткий отпор деструктивным силам», подчеркнув «необходимость усиления ответственности за оскорбление религиозных чувств граждан, в том числе за осквернение почитаемых верующими святынь».
А единоросс Дмитрий Саблин в своем заявлении добавил: «Принимая заявление, мы хотим подчеркнуть: те, кто совершают оскорбляющие чувства десятков миллионов людей поступки – спиливая кресты, оскверняя святыни, – не выражают позицию сколько-нибудь значимой части российского общества. Эти грехи – на их собственной совести, если, конечно, она у них есть. И однажды им придется держать за них ответ».
И «ответ», как удалось выяснить Полит.ру, совсем не за горами. Как сообщил Полит.ру глава комитета ГД по делам общественных организаций и религиозных объединений либерал-демократ Ярослав Нилов,
«Сейчас над этим документом работает аппарат нашего комитета. Как только работа будет завершена, мы вынесем текст на палату», - пояснил член ЛДПР.
Но несмотря на массовость порыва, абсолютного единодушия относительно принятого заявления и будущих законодательных нововведений в Государственной думе нет.
«Никакого единогласного принятия. Я и Валерий Зубов голосовать за это постановление не будем», - заявил Полит.ру член фракции «Справедливая Россия» Дмитрий Гудков.
По мнению депутата, парламентарии сегодня пытаются искать виноватых там, где их нет, и создают дополнительные инструменты для репрессий.
«Виноваты не журналисты, не граждане. Виноваты власть, следователи и судьи, которые выносят несправедливые решения, из-за которых общество поляризуется и раскалывается. Исправлять и ограничивать нужно не граждан, а систему, которая провоцирует конфликты в обществе», - уверен «эсер».
А член Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека, директор Центра антикоррупционных исследований и инициатив «Трансперенси Интернешнл - Р» Елена Панфилова уверена, что любой закон, который подразумевает преследование за оскорбление религиозных чувств, будет юридически несостоятельным, что может иметь далеко идущие последствия.
«В законе невозможно прописать, что такое «религиозные чувства», - говорит эксперт. – В итоге мы получим расплывчатые, чрезмерно общие формулировки, описывающие нечто такое, что вообще не может являться предметом регуляции законом».
Такой простор толкований, по мнению Панфиловой, опасен, с одной стороны, всевозможными злоупотреблениями, а с другой – создает поводы для конфликтов там, где раньше их удавалось избегать.
«Представьте себе: один и тот же жест у индуистов может означать поощрение, а у мусульман – оскорбление. И что мы будем делать? И само нагнетание угрожающей атмосферы вокруг религиозных тонкостей в мультинациональной и мультикультурной стране – это последнее, что следует делать», - уверена правозащитник.
Другой член президентского Совета по правам человека, первый заместитель председателя Хабаровского краевого историко-просветительского общественного движения «Мемориал» Ирина Чугуева считает, что вышеназванные инициативы абсурдны и могут быть чреваты не только конфликтами в обществе, но и невосполнимыми для власти репутационными потерями.
«Я уже ничему не удивляюсь, поскольку давно не в состоянии понять, что происходит. Я, неверующий человек, по сути агностик, хочу спросить, каким обоснованием общественной опасности пользовались люди, придумывающие такой закон? До трех лет, до пяти…
И это не говоря уже о том, что скороспелость новых законов (я говорю и об НКО, и о митингах, в том числе), стремительность, с которой они принимаются, никак не демонстрирует избирателям ни готовности искать взвешенные решения, ни принципиального желания культивировать диалог. Взяли бы, что ли, паузу, вспомнили о людях, которые отдавали за них голоса?» - недоумевает общественный деятель.
Адвокат Pussy Riot Марк Фейгин при этом дает однозначный диагноз происходящему: происходит клерикальная дегуманизация законодательства, стирающая границы между властью и религией, отрицающая в итоге действующую конституцию. Иначе говоря – законодательный регресс.
«Происходящее можно трактовать как то, что в уголовном законодательстве появится специальный состав, карающий за религиозное преступление. И, с учетом всей инфернальности нашей правоприменительной практики, можно предположить, что этот состав будет очень широко трактоваться. Любой атеист - или дарвинист, выступающий против ламаркиста, оказывается под угрозой уголовного преследования, - уверен юрист. – Свобода слова, которая также гарантируется нашей конституцией, как и свобода вероисповедания, предполагает, что возможны любые, в том числе и антирелигиозные высказывания. Но если они не связаны с пропагандой насилия, не имеют насильственного характера, то они не должны преследоваться ни при каких обстоятельствах. Государство явно утрачивает химически чистый светский характер и, дегуманизируя законы, уходит в некую клерикальность».
Другими опасностями появления подобных инициатив Фейгин называет появление в будущем законов-эпигонов, наказующих уже не за оскорбление религиозных, но любых других убеждений, и своеобразное развитие системы: появятся отделы в силовых структурах, расследующие религиозные преступления и борющиеся именно с ними.
«А появятся отделы, им потребуется статистика раскрываемости - и дальше по накатанной», - строит мрачные прогнозы юрист.
