Полiт.ua Государственная сеть Государственные люди Войти
21 апреля 2018, суббота, 07:04
Facebook Twitter VK.com Telegram

НОВОСТИ

СТАТЬИ

АВТОРЫ

ЛЕКЦИИ

PRO SCIENCE

СКОЛКОВО

РЕГИОНЫ

Академик Виктор Васильев: математике нужны свежие мозги

Прыжок в будущее

О семинарах знаменитых математиков В.И. Арнольда и И.М. Гельфанда, о том, как придумываются новые математические теории и как важно их популяризировать не только широкой общественности, но и среди профессионалов, рассказывает академик РАН, главный научный сотрудник МИАН, профессор факультета математики НИУ-ВШЭ, президент Московского математического общества Виктор Васильев. Беседовала Наталия Демина. 

Вы родились в Москве? 

Да, в Москве… Ходил в вечернюю математическую школу в 7-8 классе, потом участвовал в олимпиадах… 

А почему в вечернюю? А, потому, что в обычных школах математику на таком уровне не преподавали? 

Ну да. Такой был очень хороший кружок, он проходил в здании Второй школы, потом я поступил на мехмат МГУ, а потом попал на семинары Арнольда. Странным образом: Николай Николаевич Константинов мне позвонил и строго спросил: «Почему вы до сих пор не ходите на семинары Арнольда?!» 

Это когда было? 

На первом курсе, в 1974 году. И пришлось мне идти на семинары Арнольда. 

Они проходили еженедельно? 

Да. Причем, у него было два семинара, они были немножко разной тематики – один по теории особенностей, а другой по динамическим системам. Кроме того, они различались и по возрасту участников. По динамическим системам был для студентов, а по теории особенностей – это было то, что сам Арнольд развивал в тот самый момент, и это был действительно исследовательский семинар, на котором каждый раз рассказывалось о самых последних результатах. То он приносил свою новую теорему, то кто-то рассказывал о других работах. 

Когда вы почувствовали, что у вас с математикой всё получается? Это было еще в школе, до университета или после? И были ли у вас сомнения, что из вас получится математик? 

Это разные вопросы. На каком-то уровне я начал терроризировать свою учительницу еще в начальной школе – ловил ее на ошибках… Это, конечно, было приятно. В олимпиадах участвовал – не плохо, но и не самым лучшим образом, в вечерней математической школе учился хорошо... В общем, было понятно, что что-то получается. Потом, когда я поступил на мехмат, было тяжело. Потому что в обычной матшколе я не учился, а те, кто учились, они знали гораздо больше, им было гораздо легче. 

То есть, вечерняя матшкола вам не помогла? 

Ну, все-таки это было один раз в неделю… Некий кружок. Что-то, конечно, она давала, но матшкольники были гораздо сильнее, конечно. 

А в матшколу почему не пошли? Было неудобно ездить? 

Да, далеко было ездить. Может, и зря не пошел… Какое-то время я комплексовал, смотрел «снизу вверх» на этих матшкольников. А где-то на четвертом курсе вдруг обнаружил, что я их обогнал! 

Как вы это обнаружили? Смогли написать какую-то научную работу? 

Статью я какую-то написал, но это неважно… У Арнольда все писали. Стал разговаривать и вдруг вижу, что они этого не понимают, того не понимают… И все равно, довольно долго после этого у меня были трудности. В общем, первую свою работу, которой я действительно доволен, я написал в 24 года. Это был уже второй курс аспирантуры. Вот там уже что-то получилось. 

Семинары Арнольда – чем они были для вас? Что они давали молодому ученому, студентам? 

Во-первых, это была такая энциклопедия математики. Про семинары Арнольда мне, например, очень трудно рассказывать, потому что, когда про что-то рассказываешь, то хочется сказать, чем это отличается от всего остального. А я только это и знал. Наоборот, когда я после этого прихожу на какой-то семинар, гляжу – «Ой, какая скукотища!», там занимаются чем-то одним. А Арнольд знал всё. Если подумать, то, может быть, можно вспомнить какую-то область, которая казалась ему настолько скучной, что он ею не стал заниматься. Но вообще, он знал всё. 

Из него валилось много информации – про это, про это, про то, про это, и все это как-то увязывалось в один клубок: при помощи сведений из одной области он ставил задачи в другой области… Его исследовательский семинар был очень трудным, я вначале ничего не понимал! Это было так же трудно, как новорожденному человеку узнавать этот мир, как я теперь понимаю. Вот он родился, смотрит: ходят люди, издают какие-то звуки… Потом с опытом приходит понимание – когда люди произносят именно такие звуки, они показывают какие-то вещи и это всё как-то сливается. И года, может, через два, через три, я вдруг непонятным образом начал понимать, что они говорят и какой за всем этим смысл. По-моему точно так оно происходило, как с новорожденным человеком. 

А вы сами не участвовали в семинаре? Вас не «вызывали к доске» – сделать доклад делать или что-то такое? 

Да, было такое…

С какого года обучения это было? 

Да, вызывали уже на третьем курсе … Но это было малоудачно. Оно и позже было малоудачно! Довольно долго я не умел правильно представить себе, как рассказывать. Это часто бывает – студенту его преподаватель (научный руководитель) дал какую-нибудь задачу, рассказал что-то, и тот уже считает, что всем это должно быть известно. Он начинает рассказывать, и оказывается, что в аудитории этого никто не знает, кроме пары человек, которые специально этим занимаются. И иметь правильное представление о том, что является общеизвестным, на что надо рассчитывать, когда рассказываешь, что надо пояснить – это, конечно, приходит гораздо позже. 

Это тоже  популяризация, только другого уровня, более высокого. 

Ну да, конечно. 

Вы сотрудничали с Израилем Моисеевичем Гельфандом. Как вы с ним встретились? Ходили ли к нему на семинар? 

История, в общем, была такая: я довольно долго в советское время работал в разных программистских «лавочках». 

Вы были программистом? Как бы вы себя назвали, чем вы там занимались? 

Печатным словом это не называется, чем я там занимался. Ерундой я там занимался. 

Почему работали именно там? Потому что было невозможно найти нормальную работу? 

Ну да, как-то не получалось... 

В МГУ не получилось остаться? 

Нет, не получилось. 

А почему, если не секрет? Были ли какие-то гонения на ваши убеждения? 

Ну, это слишком громко. Все-таки «убеждения» – это что-то такое активное, а у меня – наоборот. Я не проявил такой активности. Там надо всё-таки… Боже мой, какая сложная логическая конструкция! Для того, чтобы остаться, недостаточно было… 

Быть хорошим ученым? 

Недостаточно было не быть диссидентом, но обязательно в это время надо было «слиться в экстазе» с нашими коммунистами. А это было ужасно тошно! Любви у меня с ними совершенно никакой не получалось. Конечно, разные слова я, наверное, тоже произносил… В общем, никуда меня не оставили. Первая моя работа была в архивном институте – мы делали базу данных по всем архивам. А вторая работа была в Госкомстате, там тоже была какая-то такая программистско-проектная деятельность. В общем, 8 лет я так проработал. 

Математику удалось не забыть на этом фоне? 

Нет! Математикой как раз удавалось заниматься. Я и преподавал в это время в 57-й школе, и задачи решал. Это получалось, но, конечно, с трудом. Когда удалось, наконец, заняться только чистой наукой, то интенсивность моей работы возросла в два или три раза. 

А когда это удалось, когда появилась возможность? 

Как раз когда Гельфанд меня взял. Так случилось – он стал академиком, получил несколько ставок для своих лабораторий за счет этого. Ну, и стал подбирать народ. 

В МИАНе? 

Нет, это было в Институте Прикладной Математики (Келдыша). У него было несколько мест работы: в институте Келдыша, в МГУ у него был отдел в межфакультетской лаборатории им. Белозерского, и в Совете по кибернетике у него тоже была лаборатория. В общем, на самом деле это всё была одна компания, мы все ходили на семинары друг к другу… И любого из нас, бывало, могли попросить заняться чем-то – один для другого что-то делает… Но конкретно я числился в Институте Келдыша полтора года, потом мы перешли в Институт системных исследований. Там я занимался математикой и немножко какими-то прикладными вещами. 

Можно ли сравнить семинары Гельфанда и семинары Арнольда? 

Но это совершенно разные вещи! У Гельфанда тоже было два семинара, один – знаменитый математический семинар «понедельничный», другой – по прикладной тематике, по биологии, по лингвистике, по всему на свете… Он проходил в университетской лаборатории. Там очень интересно было! По прикладной экономике… Вот Степан Пачиков нам читал лекции о том, что у нас происходит с финансами… Знаете Степу? 

Я слышала его имя, но не знаю, что за человек… 

Ну, это такой… великий человек. 

Он в России сейчас? 

Ох, он сразу всюду… Он основал лабораторию по распознаванию символов «ПараГраф» (ParaGraph). А, кроме того, – он постоянный участник форумов в «Снобе». В общем, такой «всюду плотный» человек. Он рассказывал нам, перед тем, как советская финансовая система совсем загнулась, что с ней происходит. А еще там медики рассказывали очень интересные вещи… Был математический семинар на мехмате… 

Рассказывают, что это проходило по-человечески эмоционально для участников? 

Да. Да… По-разному бывало… 

Вы считаете, что это было оправданно так вести семинары? Или не всегда оправданно? Или вы не хотите об этом говорить? 

Пожалуй, не хочу. Гельфанд – невероятно мудрый человек: психолог, организатор… Иногда мне кажется, что я догадываюсь, о чем он думал и почему она так делал. Наверное, в большинстве случаев то, что мне кажется – это неправильно, и он думал что-то совсем другое… Но я боюсь про это судить. 

А Вы выступали там, на семинаре, и попадали ли в ситуации, когда вам было некомфортно? Могли вас вывести из себя? 

Нет, нет. Вывести меня из себя было трудно. Я имею в виду – внешне. Что там внутри творится – это другой разговор. Но после той школы, которую я прошел в архивном институте, меня никакой человек из академической среды вывести из себя не может. 

А почему? Что такого было в Архивном институте? Партийная организация такая ужасная? 

Ну, это Институт документоведения и Архивного дела, это ведомство, которое до 65-го года принадлежало НКВД/МВД. Все начальство у нас было из этой сферы… Комсомольская организация… В общем… Хамства было много… После этой школы никакой Гельфанд меня уже не мог достать… 

Нелепый вопрос: как люди по математике успевают посещать сразу столько семинаров? Семинары Арнольда вы тоже не бросали? 

Нет, конечно. 

Получается, что у вас было 4 семинара в неделю самого высокого уровня? 

3 семинара. На «детские» семинары Арнольда я уже не ходил в этот момент, но…

Три вечера интенсивной работы… А потом еще и над своими задачками думать! Или это помогало над задачками думать? 

Я не знаю, помогало… мешало…  В общем итоге, видимо, помогало. 

Вам кажется – эти семинары нужны? Они помогают чему-то или можно на них не ходить и оставаться математиком? 

Ну, может быть, и можно, но ходить очень полезно. И общаться с Гельфандом было очень полезно. Это было тяжело, но сейчас я жалею, что не всегда хватало моральных сил, чтобы еще и еще с ним пообщаться. Личное общение с ним было очень интересным. Было достаточно интересно, достаточно трудно. 

Почему трудно? 

Никогда нельзя было понять, например: то, что ты ему рассказываешь – это для него что-то новое или это какие-то азы. То ли он от тебя чему-то пытается научиться, то ли он тебя проверяет «на вшивость»... 

То есть, он был очень невозмутимый человек? Не выдавал того, что он думал? 

Иногда он засыпал. Ты ему что-то рассказываешь, видишь, что он спит, и перестаешь говорить, а он: «Говорите, говорите…» Думаешь, что он заснул, а оказывается, что он все прекрасно понимает. Задает какой-то вопрос, который ставит тебя в тупик. 

А Арнольд: чем он вам помогал? Подводил вас к какой-то мысли? Можете вы назвать себя учеником Арнольда или Гельфанда? Или их обоих? 

Ну, прежде всего, я – ученик Арнольда. Так случилось, что больше всего я узнал, когда занимался у Арнольда. И очень много разных вещей я узнал именно от него. А еще больше таких вещей, про которые я узнал от него, что их не знать стыдно. Но потом был еще Гельфанд, от которого я узнал тоже много. И тоже нельзя было ходить на его семинары, чего-то не выучив. 

Так надо было еще готовиться к этим семинарам? Не просто приходишь и слушаешь, а еще что-то делать надо было? 

Нет, ну приходишь, и про что-то рассказывают. И ты чувствуешь себя идиотом, если этой темы не знаешь. 

То есть, вы заранее знали тему, что будет обсуждаться? Или это было не всегда? 

Нет, не всегда. 

А потом приходилось дочитывать, нагонять, если чего-то не понимаешь? 

Ну, и самому неприятно, если чего-то не понимаешь. 

Нельзя же объять необъятное, нельзя всю математику знать. 

Но к этому надо стремиться! 

То есть, вам кажется, что такие семинары по разным темам – вещь полезная? 

Совершенно необходимая! 

Сейчас говорят, что наступило время специализации, надо «затачивать» себя на одну тему. Или вам кажется, что, наоборот – не нужно этого делать? 

Нет, это неправильно. И, как раз, и Арнольд, и Гельфанд – в чем они совершенно едины – так это в том, что они знали всё. Знать надо всё! И Арнольд, и Гельфанд учились у Колмогорова – тоже универсалиста. Надо стремиться к тому, чтобы знать всё. Таким людям, как Арнольд это почти удавалось. Ну, конечно, прогресс в науке движется очень быстро тогда, когда люди знают много разных вещей. Стремление к специализации очень вредно. 

Есть ли в математике такое, что раз в пять лет надо менять темы? Или это не нужно делать? Нужно ли менять в математике темы, чтобы прогрессировать? 

Я не знаю, насколько это обязательно, но… Это очень желательно. 

Сколько раз в жизни вы меняли тему исследования? 

Это сложный вопрос, и вот почему. Вообще, всякая хорошая, настоящая – серьезная тема – она выходит почти на всю математику, и разные люди… Вот Арнольд – начинает проект «Теория особенностей» и, коль скоро этим занимается Арнольд и, коль скоро это хороший выбор темы, то эта тема как-то выходит на всю математику. Так что тут трудно сказать – с одной стороны, вроде занимаешься одной темой, а с другой стороны, она вышла многогранной… 

Можно сказать, что, я всю жизнь занимаюсь одной темой – топологическими аспектами теории особенностей. В топологии тоже всё было… Можно сказать, что пришлось позаниматься самыми разными науками – ведь формально, это совсем разные науки. Интегральная геометрия, комбинаторика, уравнения в частных производных, теория сложности вычислений, классическая топология, маломерная топология. 

А с другой стороны посмотреть – это всё одно направление. А Гельфанд, когда я у него работал, он начал другую тему, которая называлась «Гипергеометрические функции», все, что связано с этими функциями – и оказалось, что эта тема тоже выходит почти на всю математику. Примерно на ту же самую. Ну, еще там больше, наверное, аспектов теории представлений… Но все равно оказывается, что это – вся математика. 

Вы являетесь автором инвариантов Васильева. Не расскажете, как вы вышли на эту тему, насколько далеко вам удалось продвинуться по ней? 

Решал я какую-то задачу из сборника задач Арнольда. Очень специфическая тема, очень специфическая задача, и вдруг я понял, как ее решать. Думал, думал – придумал! И оказалось, что способ этот достаточно общий. И я написал статью, как при помощи этого метода решить ту самую, конкретную, очень частную задачу, которую, чтоб понять ее название, надо лет 15 учиться математике. Потом опубликовал ее в каком-то странном месте, потом стал огорчаться, что никто не замечает, какая хорошая идея. Молодой был, не понимал, как надо людям объяснять. 

Потом придумал другую задачу – увидел, что есть другая задача, достаточно близкая, но более понятная. Я ее тоже решил при помощи этого метода, опубликовал статью. Результат был замечен. Но метод опять никем не был замечен. Я опять стал огорчаться. И где-то на четвертый раз я придумал … А в это время «Инварианты узлов» – это была такая очень популярная тема… 

В каком году это было? 

85-й год… Нет, начало истории, которую я рассказываю – это, пожалуй, 84-й год. И как раз в это время стала популярной теория узлов. И в 89-м году я решил попробовать при помощи того же самого метода в качестве очередного упражнения сделать что-то из теории узлов. Это тоже получилось. Но там это было просто упражнение на применение уже отработанного метода. И это уже много, кто заметил. Но опять метод не заметили, заметили ответ. 

Это какая область математики? 

Маломерная топология… Написали про это какие-то обзоры, стала тема очень популярна, цитируема и все такое. 

А есть ли у нее практическое приложение для вашего научного метода? Можно ли применить в чем-то таком реальном? 

Тут я уклонюсь от ответа. Хотя…. Я уже рассказывал, что в советское время занимался отраслевой прикладной наукой. Теорией узлов и приложением этого метода я тоже занимался как прикладной наукой, но гораздо позже, а именно – на меня обратили внимание английские текстильщики. И в одном тамошнем университете позвали меня применить свою науку. Может быть, это и будет полезно. Ведь теория узлов применяется в ткацком деле: разные виды тканой и вязаной продукции – это тоже своего рода узлы. 

Т.е., из ваших узлов, из ваших инвариантов можно сделать хорошую ткань? 

Нет. Собственно ткань нельзя… Задача у них была такая: компьютер сам проектирует способ вязания или структуру ткани и хочется быстро понять, это какой-то известный способ или новый. Если новый – то надо его всячески изучать и тестировать, что долго и недешево, если известный – то нужно сбросить. 

Я подозреваю, что прикладная ценность этого мала, но в этом английском университете технического направления были написаны научные работы, мы опубликовали с ними 5 статей, я сделал какие-то доклады, это всё пошло в плюс… В общем, может и есть какая-то польза. 

А кусочки тканей по вашему методу они вам не выдали? 

Нет, кусочки у них пока компьютер распечатывает… 

А как дальше развивалась Ваша карьера? Вы работали у Гельфанда, а дальше? 

У Гельфанда я проработал  лет семь… 

А это какие годы? 

В 1989 году Гельфанд меня взял к себе в отдел, хотя по его теме я начал работать за 3 года до этого, видимо в качестве испытания…  До 94-го года я работал у него, потом меня взяли в Стекловку. А в 91-м уже начался Независимый университет, я там тоже стал работать. 

А ваше движение по академической линии было для вас чем-то сложным? Избрание вас член-корром, потом в академики? 

Нет, это произошло почти без моего участия. Я не помню, кому пришла в голову эта идея. Кажется, Ильяшенко решил, что не пора ли двинуть меня в член-корры. В 97-м году. На тот момент я был достаточно известен в мире… 

Благодаря инвариантам Васильева? 

Да, главным образом благодаря этому. В 92-м году, например, на Первом Европейском математическом конгрессе было сделано 4 доклада, в которых рассказывалось про мои работы, причем эти доклады делали не кто попало, а Арнольд, Концевич, Загье и Бьёрнер. А потом в 1994 году я сам делал пленарный доклад на Всемирном конгрессе… 

Получается, в 40 лет вы уже были состоявшимся ученым со всемирной известностью? 

Ну… В математике 40 лет – это уже предпенсионный возраст! 

Вы чуть-чуть в зоне тридцати лет получили свои уникальные результаты, да? 

Самый мой любимый результат я получил в 84-85 году – тот самый, черт-те где опубликованный. Из которого… 

 … с которого все началось? 

Ну, не все… Вот эта линия, которая привела к узлам… Это 84-85-й год, мне было 28 лет. 

А вы согласны с тезисом, что после 45 лет уже ничего хорошего в науке не сделаешь? Ничего особо выдающегося? Или это зависит от ученого? 

Ну, конечно, зависит от ученого! Общих правил нет, но, как правило, наверное – да. 

Математика требует молодых умов? 

Нет, что ничего хорошего не сделаешь – это, конечно неправильно. Но свой лучший результат люди получают все-таки до 40 лет. 

А почему так происходит? Математика сравнима со спортом? Требует супер-выносливости? Ведь кажется, что, чем ты мудрее, тем мозг изощренней становится… 

Наверное, в молодости мозги свежее… 

Или меньше заняты семьей и какими-то другими делами? 

Ну, насчет семьи я не знаю, это у всех по-разному… А вот свежие мозги – можно больше разных вещей сразу держать в голове, их всех как-то увязать между собой, и вот получается результат… 

А как вы занимаетесь математикой? Как вам приходят задачки на ум и решения? Может, необычные эпизоды вспомните? 

Бывает по-разному. Бывает спросонья – решал задачки регулярным образом… Регулярный образ – это так: разбирать много примеров, рисовать много картинок, потихоньку понимать, как и что происходит в этой области… Понимаешь – но всё равно бывает так, что смотришь – и не складывается общий пазл, никаких общих слов сказать невозможно. А бывает так, что спросонья мозги еще сдвинуты набекрень – и ты понимаешь, что вот это складывается именно так. Может, это еще и потому, что за ночь отдохнул. А бывает, что просто насчитал все регулярным образом – и получилось. 

Я помню, когда Арнольд делал доклад на конференции, посвященной его 70-летию, что расчеты на компьютерах уже серьезно помогают чистым математикам… Как вообще в математике – компьютер помогает? Мешает? 

Компьютер в математике, я думаю, что помогает. К сожалению, я уже не успеваю до такой степени следить за новыми возможностями, которые дает компьютер. И то, как мои более молодые друзья находят правильные решения, находят правильные гипотезы – это внушает мне зависть и угрызения совести. Что я не выучил этого дела, как не сделал еще очень много того, что надо было выучить и сделать… Но вообще, по-моему, это вещь очень полезная. Спорить с этим трудно. 

О любимых книгах детства, о том, почему важно проверять школьные учебники и как работает Экспертный совет ВАКа по математике читайте во второй части интервью.

См. также:

Обсудите в соцсетях

Система Orphus
Loading...

Главные новости

20:58 Райффайзенбанк устранил сбой банкоматов и онлайн-сервисов
20:50 Советский космонавт Владимир Ляхов умер на 77-м году жизни
20:14 Минздрав назвал критику Володина в свой адрес ошибочной
19:51 Сторонники Навального подали заявки на шествия в Москве и Петербурге
19:30 Порошенко предложил лишить крымчан гражданства
19:07 Володин раскритиковал Минздрав за плохое импортозамещение
18:47 Демпартия США подала иск против России и штаба Трампа
18:09 Google разрабатывает мессенджер на замену SMS
17:40 Адвокаты Сергея Хачатурова обжаловали его арест
16:56 ЦБ сообщил о росте цен на овощи из «борщевого набора»
16:49 Генсек ОПЕК отверг обвинения Трампа в завышении цен на нефть
16:15 Успешно прошли клинические испытания еще одного метода генной терапии
16:12 Напавший на одноклассников в Стерлитамаке школьник арестован
15:50 Time опубликовал топ-100 самых влиятельных людей
15:26 Трамп обвинил ОПЕК в завышении цен на нефть
15:08 В Минкомсвязи открестились от письма ФСБ про блокировку Telegram
14:44 Экс-сотрудник СК Максименко получил 13 лет колонии за взятку
14:42 На Калимантане открыт новый вид муравьев-камикадзе
14:29 Песков обвинил США в намеренном создании трудностей для «Аэрофлота»
14:04 Володин предложил ввести уголовную ответственность за исполнение санкций США
13:47 Главный тренер «Арсенала» решил уйти после 22 лет работы
13:39 Песков прокомментировал эпизод с проститутками из мемуаров экс-директора ФБР
13:38 Генпрокуратура заблокировала четыре аккаунта интернет-рации Zello
13:36 Ученые недооценивали роль планктона в циркуляции океанских вод
13:23 В Ереване задержали 65 участников акций протеста
13:15 МЧС назвало майнинг криптовалют возможной причиной пожаров
12:41 Правительство увеличит пошлины на водительские права и загранпаспорт
12:14 Райффайзенбанк отказался связывать сбой своих сервисов с Роскомнадзором
12:05 В Кемерово опознаны останки 60 погибших
11:50 Минкомсвязи предлагает россиянам подавать заявление в загс за год до брака
11:46 У ответственного за программированную клеточную смерть белка обнаружились новые функции
11:44 Россия уступила Китаю в рейтинге стран с привлекательным гражданством
11:08 СМИ узнали о финансировании Пригожиным российских политологов в Африке
10:57 Сборная РФ по хоккею проиграла первый матч после смены тренера
10:37 Лавров исключил войну между Россией и США
10:34 ЦБ РФ отозвал лицензии у двух банков
10:06 Король Свазиленда переименовал свою страну
09:46 «Ростелеком» столкнется с трудностями при исполнении «закона Яровой»
09:44 СМИ узнали истинные сроки начала проверки студии Серебренникова
09:20 Статую «Бесстрашной девочки» в Нью-Йорке уберут от «Атакующего быка»
09:08 Трамп назвал записи Коми доказательством отсутствия связей с Россией
08:42 Асад вернул Франции орден Почетного легиона
08:25 Минфин США счел новые антироссийские санкции результативными
08:05 СМИ назвали причину блокировки Telegram ФСБ
07:48 Илья Варламов заявил о желании баллотироваться в мэры Москвы
19.04 21:23 МИД РФ допустил прекращение прямых перелетов в США
19.04 21:10 Мединский открыл ММКФ дифирамбом российскому кино
19.04 20:38 На экс-замглавы ФСИН завели дело о взятке
19.04 20:27 Посольство РФ призвало Британию снять цензуру по «делу Скрипаля»
19.04 20:05 Скворцова признала Россию неготовой к отказу от импортных лекарств
Apple Bitcoin Boeing Facebook Google iPhone IT NATO PRO SCIENCE видео ProScience Театр Pussy Riot Twitter Абхазия аварии на железной дороге авиакатастрофа Австралия Австрия автопром администрация президента Азербайджан акции протеста Александр Лукашенко Александр Турчинов Алексей Кудрин Алексей Навальный Алексей Улюкаев алкоголь амнистия Анатолий Сердюков Ангела Меркель Антимайдан Антон Силуанов Аргентина Аркадий Дворкович Арктика Армения армия Арсений Яценюк археология астрономия атомная энергия аукционы Афганистан Аэрофлот баллистические ракеты банковский сектор банкротство Барак Обама Башар Асад Башкирия беженцы Белоруссия Белый дом Бельгия беспилотник беспорядки биатлон бизнес биология бокс болельщики «болотное дело» большой теннис Борис Немцов борьба с курением Бразилия Валентина Матвиенко вандализм Ватикан ВВП Великая Отечественная война Великобритания Венесуэла Верховная Рада Верховный суд взрыв взятка видеозаписи публичных лекций «Полит.ру» визовый режим Виктор Янукович вирусы Виталий Мутко «ВКонтакте» ВКС Владивосток Владимир Жириновский Владимир Маркин Владимир Мединский Владимир Путин ВМФ Внуково военная авиация Волгоград ВТБ Вторая мировая война вузы ВЦИОМ выборы выборы губернаторов выборы мэра Москвы Вячеслав Володин гаджеты газовая промышленность «Газпром» генетика Генпрокуратура Германия ГИБДД ГЛОНАСС Голливуд гомосексуализм госбюджет Госдеп Госдума госзакупки гражданская авиация Греция Гринпис Грузия гуманитарная помощь Дагестан Дальний Восток декларации чиновников деньги День Победы дети Дмитрий Медведев Дмитрий Песков Дмитрий Рогозин доллар Домодедово Дональд Трамп Донецк допинг дороги России драка ДТП Евгения Васильева евро Евровидение Еврокомиссия Евромайдан Евросоюз Египет ЕГЭ «Единая Россия» Екатеринбург ЕСПЧ естественные и точные науки ЖКХ журналисты Забайкальский край закон об «иностранных агентах» законотворчество здравоохранение в России землетрясение «Зенит» Израиль инвестиции Ингушетия Индия Индонезия инновации Интервью ученых интернет инфляция Ирак Ирак после войны Иран Иркутская область искусство ислам «Исламское государство» Испания история История человечества Италия Йемен Казань Казахстан казнь Калининград Камчатка Канада Кемерово Киев Ким Чен Ын кино Киргизия Китай климат Земли КНДР Книга. Знание Компьютеры, программное обеспечение Конституционный суд Конституция кораблекрушение коррупция космодром Восточный космос КПРФ кража Краснодарский край Красноярский край кредиты Кремль крушение вертолета Крым крымский кризис Ксения Собчак Куба культура Латвия ЛГБТ ЛДПР Левада-Центр легкая атлетика Ленинградская область лесные пожары Ливия лингвистика Литва литература Лондон Луганск Малайзия Мария Захарова МВД МВФ медиа медицина междисциплинарные исследования Мексика Мемория метро мигранты МИД России Минздрав Минкомсвязи Минкульт Минобороны Минобрнауки Минпромторг Минсельхоз Минтранспорта Минтруд Минфин Минэкономразвития Минэнерго Минюст «Мистраль» Михаил Саакашвили Михаил Ходорковский МКС мобильные приложения МОК Молдавия монархия Мосгорсуд Москва Московская область мошенничество музыка Мурманская область МЧС наводнение Надежда Савченко налоги нанотехнологии наркотики НАСА наука «Нафтогаз Украины» недвижимость некоммерческие организации некролог Нерусский бунт нефть Нигерия Нидерланды Нобелевская премия Новосибирск Новые технологии, инновации Новый год Норвегия Нью-Йорк «Оборонсервис» образование обрушение ОБСЕ общественный транспорт общество ограбление Одесса Олимпийские игры Ольга Голодец ООН ОПЕК оппозиция опросы оружие отставки-назначения офшор Павел Дуров Пакистан палеонтология Палестинская автономия Папа Римский Париж ПДД педофилия пенсионная реформа Пентагон Петр Порошенко пищевая промышленность погранвойска пожар полиция Польша похищение Почта России права человека правительство Право правозащитное движение православие «Правый сектор» преступления полицейских преступность Приморский край Продовольствие происшествия публичные лекции Рамзан Кадыров РАН Революция в Киргизии Реджеп Эрдоган рейтинги религия Республика Карелия Реформа армии РЖД ритейл Росавиация Роскомнадзор Роскосмос «Роснефть» Роспотребнадзор Россельхознадзор Российская академия наук Россия Ростов-на-Дону Ростовская область РПЦ рубль русские националисты РФС Санкт-Петербург санкции Саудовская Аравия Сахалин Сбербанк Свердловская область связь связь и телекоммуникации Севастополь сельское хозяйство сепаратизм Сербия Сергей Лавров Сергей Нарышкин Сергей Полонский Сергей Собянин Сергей Шойгу Сирия Сколково Славянск Следственный комитет следствие смартфоны СМИ Совбез ООН Совет по правам человека Совет Федерации сотовая связь социальные сети социология Сочи Сочи 2014 «Спартак» спецслужбы «Справедливая Россия» спутники СССР Ставропольский край стихийные бедствия Стихотворения на случай страхование стрельба строительство суды суицид Счетная палата США Таджикистан Таиланд тарифы Татарстан театр телевидение телефонный терроризм теракт терроризм технологии Трансаэро транспорт туризм Турция тюрьмы и колонии убийство уголовный кодекс УЕФА Узбекистан Украина фармакология ФАС ФБР Федеральная миграционная служба физика Филиппины Финляндия ФИФА фондовая биржа фоторепортаж Франсуа Олланд Франция ФСБ ФСИН ФСКН футбол Хабаровский край хакеры Харьков Хиллари Клинтон химическое оружие химия хоккей хулиганство цензура Центробанк ЦИК ЦРУ ЦСКА Челябинская область Чехия Чечня ЧМ-2018 Швейцария Швеция школа шоу-бизнес шпионаж Эбола эволюция Эдвард Сноуден экология экономика экономический кризис экстремизм Эстония этология Южная Корея ЮКОС Юлия Тимошенко ядерное оружие Якутия Яндекс Япония

Редакция

Электронная почта: politru.edit1@gmail.com
Адрес: 129090, г. Москва, Проспект Мира, дом 19, стр.1, пом.1, ком.5
Телефон: +7 495 980 1894.
Яндекс.Метрика
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003г. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2014.