В Россию пришла мировая инфляция

Основной задачей, которую ставит перед собой Центральный банк России на 2005 год, это борьба с инфляцией. Задача, конечно, понятная: непрерывный рост цен давным-давно всем надоел, и прекращение его может только приветствоваться. Правда, Центробанк в своем “Проекте основных направлений единой государственной денежно-кредитной политики на 2005 год” не уточняет, о какой, собственно, инфляции идет речь. Если о внутрироссийской, то это один разговор, а если о мировой – совершенно другой, так как с первым видом инфляции наш Центробанк при желании еще может справиться, а вот со вторым – вряд ли. Непосильная это для него задача.

До недавнего времени борьба с мировой инфляцией не стояла в повестке дня российских монетарных властей. Хотя бы потому, что рост цен внутри России значительно опережал темпы мирового рынка. Да и причины инфляции опять же были сугубо внутренними: дефицит государственного бюджета, банковский кризис, поддержка базовых отраслей экономики и масса других обстоятельств, вынуждавших монетарные власти постоянно держать открытым кран денежной эмиссии. Естественно, при таких условиях влияние мировых инфляционных процессов на российскую экономику было совсем незначительным, да и сама мировая инфляция носила микроскопический характер. Но три года назад ситуация кардинально изменилась.

Столкнувшись с мировым кризисом, который особенно сильно ударил по США, монетарные власти этой страны предприняли ряд мер, которые должны были предотвратить дальнейшее сползание американской (а вместе с ней – и мировой) экономики в трясину длительной депрессии. Для этого федеральный бюджет США, до того сводившийся с профицитом, был сделан дефицитным, и финансирование этого дефицита стало осуществляться за счет денежной эмиссии, производимой Федеральной резервной системой. Непрерывный рост денежного предложения в условиях стагнирующего производства погнал цены вверх, что улучшило показатели реализации крупных корпораций Америки, но составило большую проблему для всего остального мира.

Для самих США эмиссия избыточных долларов не очень-то и страшна, так как, пользуясь статусом мировой резервной валюты, американские монетарные власти могут сплавлять избыточную наличность в резервы иностранных Центральных банков. Но вот для других стран приток дополнительных долларов может, как это ни странно, оказать плохую услугу.

Сначала все выглядит очень хорошо. Благодаря росту внешних цен увеличивается экспорт и валютная выручка. Потом, через относительно небольшой промежуток времени, начинает расти импорт. Это тоже хорошо, так как население отсталых стран очень любит импортные товары и скучает, когда не видит их на прилавках магазинов.

Но по мере насыщения спроса импортом начинает беспокоиться отечественный производитель, для которого этот импорт представляет все более реальную угрозу. И этот самый производитель начинает требовать от монетарных властей своей страны, чтобы они приняли меры. Меры принимаются, тем более что сделать это очень легко: Центральный банк начинает покупать больше иностранной валюты в свой резерв. Результатом этого является, с одной стороны, уменьшение предложения иностранной валюты (и сокращение импорта), с другой - рост денежного предложения, которое позволяет снизить процентные ставки на внутреннем денежном рынке.

Мы видим, что несмотря на некоторые трудности, вызванные усилившейся иностранной конкуренцией, приток дополнительного количества валюты улучшает ситуацию для экономики страны, так как Центральный банк одновременно расширяет спрос и улучшает возможности кредитования.

Жить бы так да поживать, но, к сожалению, поток валютной выручки все нарастает и нарастает, что приводит к все новым и новым трудностям. Валюты оказывается так много, что монетарные власти просто не знают, что с ней делать. Продолжать и дальше скупать в резерв опасно: во внутреннее денежное обращение может быть выпущено столько денег, что экономика просто не сможет их поглотить, и вместо роста производства мы получим рост инфляции. Не скупать валюту в резерв еще опаснее: это приведет к ревальвации национальной валюты и снижению конкурентоспособности товаров отечественного производства. Вот и мечутся страны-импортеры твердой валюты между угрозой инфляции и страхом спада производства. Мечутся и придумать не могут, как им выйти из сложившейся ситуации.

Такова в кратком виде модель, по которой развивалась Россия четыре последних года. Сначала все радовались тому, что растут цены на основные товары нашего экспорта: нефть, газ, лес, минеральные удобрения, черные и цветные металлы, так как после этого стали расти и импорт, и валютные резервы. Но потом радость сменилась печалью, потому что резвый рост долларовых цен стимулировал и рост цен в рублях. Проблема конкурентоспособности российских товаров снова обострилась.

Единственным действенным инструментом, который поможет разрядить ситуацию, является, увы, снижение нефтяных цен и уменьшение валютной выручки. Но здесь наши возможности крайне ограничены. Ну не может, к примеру, Центральный банк России заставить Муктаду ас-Садра прекратить сопротивление американским войскам, не может он и запретить американской администрации скупать нефть в стратегический резерв, не может запретить венесуэльским гражданам устраивать референдум по поводу полномочий своего президента – ничего не может наш Центральный банк сделать, чтобы прекратить непрерывный рост цен на нефть, который уже превратился из положительного фактора экономического развития России в резко отрицательный.

Остается Банку России уповать только на то, что наши сограждане, внезапно став более сознательными, резко поменяют свои валютные предпочтения, окончательно исключат доллар и евро из своих личных резервов и заменят эти ставшие ненадежными валюты твердым российским рублем. Другой расчет тоже связан с нестабильностью ведущих мировых валют: наши центральные банкиры очень надеются, что российским гражданам придется по вкусу игра на валютных курсах в треугольнике рубль-доллар-евро. И что, увлекшись этой игрой, они будут держать часть своих сбережений в наличной форме, прекратив их тратить на приобретение разного рода материальных ценностей (поскольку траты эти стимулируют тем самым рост внутренних цен или рост импорта).

Третья надежда связана с тем, что, несмотря на горячие призывы президента, а вслед за ним и премьер-министра, удвоить ВВП, отток российского капитала за рубеж продолжается. И Центробанк не исключает усиления этого процесса. Этот отток-де поможет снизить инфляционное давление на хрупкую российскую экономику, которая просто не успевает переваривать слишком большое денежное предложение и, соответственно, вместо увеличения количества продукта увеличивает цены на него.

Центробанк также надеется, что ряд стран СНГ, соблазнившись твердостью российской валюты, вдруг возьмет и сделает ее инструментом межгосударственных расчетов или даже введет ее в состав национальных валютных резервов вместе с изрядно поднадоевшими американской и европейской валютой. Вот тогда проблем у Центробанка России точно поубавится, так как способностей по поглощению рублей у экономик других стран СНГ ничуть не меньше, чем у собственно российской. Но захотят ли независимые государства пойти по этому пути, неизвестно, поэтому четвертая надежда ЦБ крайне слабая и ненадежная. Впрочем, такая же ненадежная, как и предыдущие три.