Национальный спорт как коллективное самопознательное

Сборная России (!) по регби во время своего турне по Новой Зеландии проиграла местному клубу (!) “Тасманские Орки” 16:32. Кошмар и позор. Вот и в розыгрыше Кубка Мира по осени от всего СНГ играли одни грузины, проиграли четыре игры с общим счетом 46-200 и, наверное, не очень расстроились: во-первых, Намибия и вовсе сыграла 28-310, а во-вторых, регби для грузин - не футбол. Да и для нас – не хоккей. Так что поражение национальной команды привлекло внимание лишь экзотическим названием клуба с далеких островов.

Между прочим, в Англии все наоборот. Победа регбийной сборной в Кубке Мира стала национальным праздником, по размаху не уступавшим победе на футбольном ЧМ-66. А в четвертьфиналах от Великобритании бились и Уэльс, и Шотландия. Да и остальные фавориты – Австралия, Новая Зеландия, Ирландия, ЮАР – имели некоторое касательство к Британской империи. Так что в элите мирового регби из небританцев присутствуют лишь французы, да и то, видимо, от вечного комплекса первенства перед соседом.

Регби – национальный британский спорт. Даже миролюбивый доктор Ватсон играл в регби и летал через канаты в “Старом Оленьем Парке”. Вокруг регби – и именно регби, а не футбола – в XIX в. формировался спортивный дух английской нации. Потому, видимо, что регби как никакой другой вид спорта выражает свойственные британцам черты характера, позволяет им раскрыться полностью и – через игру – развиваться. Ту же роль в том же обществе играли бокс (Шерлок Холмс, по словам Конон-Дойла, мог стать чемпионом и не только Бейкер-стрит), гребля и конный спорт. Наконец, чем-то вроде этого был и остается традиционный английский футбол (не всем известные “Арсенал” и “Челси”, а местночтимые “Уимблдон” и “Сандерленд”). Все эти виды органично присущи британской нации - они заняли в обществе место, какого никогда не достичь фигурному катанию, гимнастике и прочим видам спорта, какие бы талантливые английские (шотландские, валлийские) спортсмены в них не выступали.

Спорт – это тоже социальный феномен, через который нация познает самое себя. Его развитие, безусловно, связано с географическими и климатическими условиями конкретной страны, с историческими традициями и особенностями национального характера. Нигде в мире конькобежный спорт не получит такого признания, как в Голландии – здесь это не спорт, а религия. Традиция понимания коньков как самого прекрасного в мире (не спорта и даже не СПОРТА, а вообще - самого прекрасного) так же глубоко уходит в национальный характер голландцев и ему соответствует, как и не замерзающие уже лет сто знаменитые каналы.

Или, вот, хоккей в Индии и Пакистане. Конечно, на траве. Его популярность необъяснима с позиций сборных команд на мировых форумах, но интерес к нему настолько значителен и внутренне оправдан национальным характерам индийцев и пакистанцев, что матчи между сборным этих двух стран заслоняют собой даже частые боестолкновения бывших соседей по Британской Индии.

Россию, как повелось, умом не понять. Но и у нас есть исконно национальные виды спорта. Городки, лапта, домино и подкидной дурак в счет не берутся. Самым “русским”, более всех отвечающим национальной природе России и россиян, безусловно, является хоккей с мячом, или бенди, или, как его еще называют, “русский хоккей” , - наверное, единственный вид, изобретенный на нашей 1/6 части суши.

В один ряд с ним могут стать другие зимние виды спорта, прежде всего лыжи, биатлон и коньки. Из летних видов сюда, пожалуй, следует отнести легкую атлетику. Возможно, просто как самый универсальный вид физической активности. И, несмотря на происхождение от французской цирковой борьбы, прекрасно прижившиеся на русской почве различные виды атлетики более тяжелой – гимнастику, борьбу греко-римскую и вольную, штангу.

Несмотря на всенародную популярность футбола, его, однако, нельзя считать нашим национальным спортом. Возможно, он был таковым в легендарные времена Якушина и Качалина, Боброва и Бескова, но отягощенный внутренними дрязгами и внешними неудачами, он утратил самое важное - уважение болельщиков. Не случайно на “заре демократизации” - в начале 90-х - футбол с такой легкостью уступил свое место на университетских спортплощадках импортному баскетболу и даже стрит-баскету. А вот волейбол, несмотря на отсутствие или дороговизну залов, пользуется стабильной народной любовью, завоеванной еще в конце 40-х. Может, потому и сборная волейбольная в последние годы стабильно держит первые места в мировых рейтингах?

При всей народной любви к хоккею с шайбой народным его признать тоже не получается. Просто в свое время зарубежный вид был наложен на традиции и опыт “русского” хоккея и, подкрепленный гением Аркадьева, Тарасова, Эпштейна и других тренеров, дал фантастический результат, недостижимый в обозримом будущем.

Почему недостижимый? Потому что здоровая спортивная система в обществе должна строиться вокруг ядра национальных видов спорта. Она служит базой, привлекающей к физической активности массы, а уже потом определенная часть спортсменов, тренеров, специалистов переключаются на смежные виды, своим талантом достигая великих результатов. Именно так формировалась система спорта в Советском Союзе, и до сих пор мы живем на дивиденды, когда-то принесенные ею. Сегодня, увы, приходится признать, что ничего подобного в сегодняшней России не существует.

Процесс размывания ядра национального спорта по всему миру идет рука об руку с тотальной коммерциализацией. А приправленный душком противостояния периода холодной войны, до конца не выветрившимся и с наступлением однополярного мира, процесс этот дает печальные результаты. Эмоциональная и физическая разгрузка масс (так спорт как массовый феномен начинался когда-то) превратилась в гонку за золотом для единиц.

Валентина Ивановна Матвиенко в бытность свою вице-премьером, помнится, заметила, что среди российской молодежи растет-де популярность спорта: “Все больше молодых людей занимаются дзюдо и горными лыжами”. До того, если кто помнит, были теннис и волейбол.

В попытке собрать все золото мира, мы – и не только мы - развиваем все мыслимые и немыслимые виды спорта – от керлинга и шорт-трека до гольфа и серфинга. И удивляемся, когда проигрываем в традиционно своих, родных видах. Победа русского велосипедиста в стране Басков – приятное исключение. Потеря россиянами позиций в лыжных гонках не может быть восполнена успехом теннисистов: для национального самосознания лыжный спорт в тысячи раз важнее тенниса, хотя и не приносит таких гонораров спортсменам.